Затерянные в сновидениях

Дикую тошнотворную тоску об утрате боевых товарищей… Как боль от ран постепенно вымывает адреналин и становится острой и монотонной, постоянной…

Помню запах пыли в самые первые капли, как, нарастая, дождь смывает и пепел, и кровь, и липкий едкий пот…

Я помню твой запах, вкус твоей кожи, теплоту твоих объятий, их силу и нежность… как ты смотришь на меня… Никто так не видит меня, как ты. Я так искала его, твой взгляд, в лицах прохожих на мокрых улицах, бродя всю ночь, слушая музыку, сама не понимая, кого я ищу… жду… невозможно утолить жажду по утраченному, которое не помнишь, но четко знаешь, что все не так и не там, не с теми и не с тем…

Вы, мои верные соратники, возлюбленные, я скучаю по вам, по всему тому близкому, неимоверно далекому, тому, что не дает остановиться в неистовом сражении с призраками прошлого… искреннем стремлении стать одним из вас… нас… соединить невозможное буйное будущее и дикое прошлое.

То, что пугало его раньше, теперь не замедляет его бег

В погоне за тенью своего божества

Он видит иначе чем мы…

Он зрит формы, круги, точки, меркабы,

Он слышит музыку сфер

Он перестал быть богом,

Я – человеком,

Мы забыли наши имена,

Мы перестали понимать друг друга

Нас это завораживает… притягивает

Мы научились любить друг друга, как истину…

Комната наползала на меня, обкрадывая, обирая до нитки все воспоминания… как много серого… не хочу! Верните меня домой…

– Помоги мне! Помоги! Я хочу помнить!

Мира вбежала и приземлилась рядом со мной.

Я стояла на коленях, пытаясь остаться там, уйти туда вся, но она, взяв меня за руку и немного сжимая, помогала вернуться в еще неполной, но хоть какой-то памяти.

– Смотри на меня, дыши, дыши! – она сжимала точку на перепонке, между большим и указательным пальцами, пытаясь через точку боли привлечь мое внимание. Я вернулась, оставшись там. Все остальное двигалось сквозь меня: улицы, трамваи, машины. Ярких красок лета больше не было, все силилось прорасти, проявиться, но тщетно.

Даже кровь моя стала летучей, все затянуло серой пленкой. Ни говорить, ни думать не хотелось совсем, было страшно, нелепо ощущать себя здесь. Воспоминания смешались в кучу-малу. Прослеживая свою жизнь, я начала замечать присутствие в ней темной тени, закрывающий меня от бедствий. СетТ, как и обещал, вваливался со своей царской наглостью во все мои воплощения. Он был рядом.