Медичийские звезды

Свечи моментально погасли и прекратили неистовый танец теней, сопровождавших сей поистине колдовской обряд. Если бы вы зашли в эту комнату и зажгли простую белую свечу, вы бы обнаружили, что лаборатория пуста.

Воздух очистился сквозняком, проникшим в распахнутую дверь, и наполнил темноту лестницы, коридора и комнаты настоящей ночной свежестью, принесенной ветром с самого побережья. Анна благоразумно затушила факелы. Ни к чему постороннему люду видеть огонь в подвале монастыря за полночь.

Она зажмурилась.

Все получилось. Ей всегда все удавалось, пусть и нелегким трудом, который истинные ученые не признали бы за серьезный. Анна зажгла белую свечу возле двери, капнув на нее две капли масла лаванды. Скоро придет он. И встретить его должно во всеоружии, когда важны любые мелочи и детали. Особенно это необходимо, когда твой любимый – музыкант, человек страстный и нежный, живущий скорее образами. И ласковый, обволакивающий запах лаванды встретит и настроит на нужный лад. Отвлечет от того дурного, с чем мятущаяся и живая душа могла столкнуться за долгий и трудный жаркий день. Нужны успокоение и уют. И ее любовь.

Анна посмотрела на хронометр. Полночь! Проведя рукой по шее и волосам на затылке и не удержавшись от короткого радостного вздоха, она вышла в сад, только слегка притворив за собой дверь, чтобы ветер не загасил свечу, чей манящий огонек осветит им путь в лабораторию. Легко ступая по песчаной дорожке к двери на улицу, она увидела, что ветер принес не только свежесть, прохладу и спокойствие ночи, но и сообщил особую темноту небу, придав иссиня-серо-черный вид, который предваряет самые страшные римские грозы, случающиеся летом не так уж и редко.

Погруженная в радостные мысли от предвкушения встречи, она не услышала легкий шорох жасмина. Некто, чья тень так нагло мелькнула в мерцании оставленной Анной свечи у входа, осторожно, будто прекрасно зная сад и ориентируясь в нем ночью так же великолепно, как и днем, украдкой покинул лабораторию.

Свернул налево, словно зная, что там растет первое из так любимых хозяйкой сада персиковых деревьев, за которым можно безопасно укрыться в густом мраке ночи.

Снова отперев дверь, Анна нежно улыбнулась. Ночь освежила ее, а поднявшийся с новой силой ветер наполнил верой и надеждами.

– Ветры вы ветрующие, – прошептала Анна, вглядываясь в чернеющую мрачность неба, густо покрытого тучами. – Принесите нам милость, а не гибель. Мир, а не разрушение.