Рыбка, рыбка в ручейке, ты повисла на крючке

Так молча мы лежали до подъема в предвкушении нового дня. Минуты странного тревожного счастья. Мы боялись, что если подскочим и начнем говорить, то та неуловимые флюиды исчезнут.

Карина нравилась мальчишкам и многие хотели с нами дружить, но мы всех отвергали. Мальчики казались такими маленькими и глупыми! Чего они вообще могли понимать в жизни? На дискотеках мы с одинаковым энтузиазмом танцевали под The final Countdown Европы, Ламбаду и группу Мираж, но как только начинались медленные танцы презрительно уходили в сторону.

В прогнившем заборе мы нашли лаз и часто убегали в лес, где до хрипоты орали песни Цоя, а потом вместе плакали. Цой погиб в аварии годом раньше. Хвойные иголки забивались в сандалии, смола налипала на одежду, и запах леса еще надолго оставался с нами.

Больше всего нас притягивала к себе маленькая речушка, таинственная, как на картинах Васнецова. Здесь мы обнаружили старый плот и придумали нашу любимую игру «Панночка помэрла». Для неё мы нуждались в подельниках. Мы выбирали трех девочек и по ночам тайком, под строжайшим секретом отправлялись к реке.

Мы все заходили по пояс в холодную воду. Карина ложилась на плот. В белой ночной рубашке, на белой простыне с черными распущенными волосами, она и правду походила на покойницу. Сходства добавляла и её природная бледность.. Не помню, откуда мы брали свечи, мы зажигали их и ставили по краям плота. Мы стояли вокруг и по очереди произносили странные слова:

– Панночка помЭрла?

– Панночка помЭрла?

– Будем её хоронить?

– Будем её хоронить?

– Нет, мы не будем её хоронить.

– Нет, мы не будем её хоронить.

– Пусть её черти хоронят!

– Пусть её черти хоронят!

На слове «черти» девочки просовывали указательный и средний пальцы рук подмышки и под бедра панночке и поднимали её высоко вверх. В чем секрет этого трюка, я до сих пор не знаю, но без заклинания это не работает, проверено. Часто Карина входила в роль, на самом верху дёргалась и открывала глаз. Наши адепты в страхе визжали и магия рушилась, Карина с плеском падала в воду.

Мокрые и счастливые мы возвращались в лагерь, и еще пол ночи обсуждали мистическую панночку. Слух о таинственных Карининых способностях быстро распространялся. Нас стали побаиваться и всерьез считали вампирами.

Но однажды, в середине смены меня приехала навестить мама. Она сообщила, что папе на работе выдали путевки на море и, что завтра мы все семьей уезжаем. Я пыталась убедить маму, что мне здесь хорошо, и что они могут поехать и без меня.