Если смерть умрёт

Речь ведь идет о художественном образе…

– Это слово! Основа основ. Вначале было слово…

– Но слово не материально!

– Электричество в Древнем Египте – тоже было не материально…

– Ну, как же, электрические явления можно измерить. Просто не умели…

– Так ведь и нынче, все равно непонятно, что это такое. Хорошо! Вот вам наука математика! Цифры – не материальны, а на них мир стоит! По логике? Сознание – часть мира, мир, по вашему убеждению, материален, стало быть, и сознание в человеке материально…

Монах, говорил горячо, словно выплескивал давно продуманное, то о чем долго молчал.

В сумрачном лесу, да еще под накрапывающим мелким дождем, завесившим все невесомой пеленой странно, словно отдельно от его темного, заросшего черной с проседью бородой лица, двумя темными провалами зияли его глазницы.

– А человек разорванный, вполне материальным зверем, рожденным из слова, из гордыни, это не материален?

Монах замолчал. Ссутулившись и сцепив замком худые пальцы.

– Ну, убьете вы это несчастное существо! Ну, откроете новый вид в науке, наконец, догадаетесь, откуда оно – и успокоитесь.

А через какой то период времени новая напасть появится, ибо причина не в проявлениях сатаны, а в силе его, коя умножается, ибо всякая плоть, забыв закон Божий, извратила путь свой на земле. Огонь впереди, гиена огненная разверзается, а человек в праздности и суемудрии, именуемом наукой, пребывает. И верует в нее! Верует! А ведь наука – только инструмент, она и Богу, и сатане служит. Нынешняя то наука мир, в безбожии своем, к погибели ведет.

– Ну, – сказал майор, – насколько мне известно, все религии мира предрекают конец света. Он неизбежен. Так ведь?

– Нет не так! Конец света неизбежен, это верно, но его можно отодвинуть! Чтобы дальше то беды не творить! Чтобы ад не приближать и не усиливать!

– Так что же, вы предлагаете, от науки отказаться?

– Это невозможно! Вы это просто так сказали. Наука, способность к познанию – дар Божий.

Но наука без Бога, служит сатане! Обещает рай, а созиждет ад!

12.

- Вы что тут чокнулись все?! Кто приказал попа этого привести в расположение!… У нас, Слава Богу, еще церковь отделена от государства! Кто разрешил?! Что вы, майор, молчите, я вас спрашиваю!…

– Вы не спрашиваете, а кричите, – ответил майор, который после афгана и афганской контузии, начинал при «разносах» чувствовать, как наливается тяжестью голова и кровь бухает в ушах.