Если смерть умрёт

В общем, я пишу: – «на сопредельной территории, обнаружен труп мужчины, доставленный местным населением в расположение КПП. – как единственной в окрестности воинской части. При обследовании выяснено: – разорван хищником, предположительно медведем».

И все дела.

– Это не медведь! – сказал майор.

– А кто? Кто видел? Хмырь этот видел?…. Которого вы упустили или выпустили…., – заглянув майору в глаза, сказал полковник: – так ему как верить? Да и где он? Медведь! И все дела! Так и запишем.

– Нужно специалистов вызывать, – сказал майор, – Дело очень непростое!

– Специалистов чего? По чему специалистов? Медвеведов? Зоологов? Ветеринаров? Или сразу из дурдома?

– Загоняем нарыв под кожу, – сказал майор.

– А есть варианты? То-то и оно. По уму-то, в нормальные времена, когда у нас страна была, СССР называлась, и нормальная власть – обязательно нужно было бы телегу в КГБ отправить. Доложили бы как есть и все дела. Пусть бы там мозговали, что да как… А где он теперь КГБ? Нет его! Упразднили.

Хотя, лично для нас с вами и тогда неизвестно как бы обернулось…

– Каким образом?

– А хрен его знает, каким! Ну –ко давайте…– полковник достал из шкафа бутылку водки, два стакана, открытую банку огурцов. – Это в качестве извинения. Вот вам сказка, не про белого бычка, а про одного дурачка. Был он тогда еще не дурачок, а лейтенант доблестных погранвойск. Щеголял в славном городе Петергофе в зеленых лампасах суворовца КГБ. Было такое. Закончил военное училище с красными корочками.

Откорячился положенный срок в Заполярье и следовал в отпуск, с супругой и двумя близняшками, вот сюда, в эти мандариновые края. Все чин-чинарем, по литеру, правда, дикарем, без путевки. Мечтал после отпуска в Академию поступать. Документы подал.

И дернул его черт, в Ленинграде, на вокзале в ресторан завалиться. Прямо с баулами – чемоданами, с детишками, с женой и за столик бухнуться. Столик, как столик. Поели – расплатились, ушли. Все как следует.

С отпуска приехали – хрен на – ны! Из Академии документы вернули! В такую дыру загнали, где кроме мошки да комаров ничего живого.

И пять лет – жена на материке, а дурачок наш в тундре… Служба – как примерзла, ни тпру , ни ну… Ни в лево, ни вправо. И у всех родственников, по всем делам – дробь! Все однокашники – майоры, подполковники, а он еле-еле – капитан.       Через двадцать лет, дружбан его закадычный по училищу, в большие чины выйдя, ему, капитанишке гребанному, секрет чуда-юда открыл.