Ворожи, кукушка, жизнь

И давай писать малявы

И Медведю, и Орлу:

Лев зарвался, жизни нет;

И не мил нам белый свет.

Просим помощи закона,

Добежим и до Грифона.

Мишка всех зверей созвал

И примерно так сказал:

Лев, конечно, царь зверей,

Но глупее медведей.

Посему совет наш должен

Разобраться с мерзкой рожей.

На преступный сей Указ

Есть устав и есть приказ!

– Отстранить Царя зверей,

Чтобы не было страстей.

Мыши хлопали, плясали, —

Все сандали истрепали,

Но пришел соседский Кот,

Мыши все закрыли рот.

Потом ночью тихо смыли

Всех в речной водоворот.

И проста мораль как крона;

Поступь слышится Грифона.

Открытия безумий

Так будет сердце умирать

Под грузом мелочным, в заботах:

Тогда б забыть все и не знать, —

Души – привольного полета.

Но жизнь твориться, в этом суть, —

Порвать досужесть окруженья,

Освободиться и вернуть

Безумие свободного паденья.

И только этим жить пора,

Отбросив вымыслы суждений,

Сиюминутное вчера

Вновь станет божеством творений.

О, этот дивный дар небес…

О, этот дивный дар небес,

Когда созвучий льется слово,

Когда взаимный интерес,

Снимает с тайны все покровы.

Умолкни слабость, пусть порыв

В доспехи силы облачится.

И сердце бьется на разрыв, —

Душа ликует и смеется.

И все в гармонии святой

Сплелось в каком-то очищенье:

И ты взлетишь над маятой,

Благословляя день последний.

И жалость улетает прочь,

Мир для тебя раскрыл объятья —

И красотой пленяет ночь,

Встречая в подвенечном платье.

Блистая, пролетят миры,

Душа давно уже смирилась:

И за небесные дары

В безмолвии своем молилась.

Мне дай напиться жизни, Боже…

Мне дай напиться жизни, Боже,

Любви напиться, тишины.

И падают с берез сережки,

По-бабьи, плачущей весны.

И взаперти, закрыв все двери,

Предаться ремеслу:

Писать и думать, что потери

Теперь я выплесну.

А за лесами, за долами

Большая жизнь.

И не узнать, что там за гранью

С грешными.

Ну, а пока, дай силы, Боже,

Все превозмочь.

Напиться тишины… И все же, —

Ужасна ночь.

По светлому полю…

По светлому полю

В край синих ночей,

Искать свою долю

В огарках свечей.

Что, кто-то пророчит

Из мрака и мглы,

И синие очи

На лике луны.

Куда же все мчится

В белесой дали?!

Веков небылицы

Колосья несли.