Нарцисс всемогущий

Нарцисс всемогущий

Элла Долгарева

Ничего нельзя создать из страха, трусости, злости. У главного героя книги, как у самурая, нет цели – есть только путь. Проживая потерю близкого человека, герой проходит через пытку болезненной личной трансформацией, препарирует свои переживания. Получая трансцендентный опыт, размышляет о жизни и ищет ответы на вечные вопросы. На этом пути ему помогают осознанные сновидения, личный дневник и красивые женщины. Психологический реализм сочетается в книге с элементами мистики, постмодерна и сюрреализма.

Элла Долгарева

Нарцисс всемогущий

Часть 1. Начало

Глава 29, внезапно ставшая Главой Первой. Шаман

Легко над быстрою рекою

кружил вальсирующий мост,

Он был ниспослан нам с тобою

Как между раем, адом и землёю блокпост.

с 26 мая 2023 г. по 28 декабря 1925 г

Чайка трижды пыталась сброситься с парапета и каждый раз, подхваченная потоком воздуха, возвращалась обратно. С людьми сложнее, они обычно проигрывают эту игру окончательно в момент падения.

Хотя кто знает, какой возвращается чайка после каждого своего прыжка в бездну?

Может, заново рождённой, как и человек в каждое свое новое воплощение.

Реки вен на руках текут не по моей воле. Я не знаю как долго и куда. Мои ноги идут, волосы и ногти растут сами по себе. Я контролирую в этом мире и в собственном теле ровно ничего. С чем себя и поздравляю.

– Духовное сердце находится между верхней частью груди и нижней частью горла.

У тебя там болит? Хотя бы иногда? – спросил меня Z., сидя на грязном полу своей маленькой темной квартиры с отключенным за неоплату электричеством.

Я промолчал в ответ, наблюдая как дождь яростно дробит толщи льда за окном и как Z. поджигает пучки сушеного шалфея. Потом, рассматривая потрепанную одежду и небритую физиономию Z., я думал о том, что меня жёстко обманули. Ведь Z. совсем не был похож на того шамана, о котором мне с восторгом рассказывал мой друг X. С плохо скрываемым нетерпением я ждал завершение сеанса.

Деньги я перевёл заранее и сейчас искал повод, чтобы как можно скорее покинуть этот унылый эзотерический клоповник.

Белело, отливая серо-голубым, окно, как бельмо – смесь белой ночи и затяжного ливня.

Окна с ржавыми решётками квартиры Z. на последнем этаже старой пятиэтажки, которую сам Z. называл «Чердак», выходили в типичный Питерский двор-колодец. В целом пейзаж за окном напоминал тюремный двор.