Женская лирика. Том 1

Смотрю на небо в облака,

не видно журавлей,

сказал бы вовремя «Пока»,

мне было бы теплей.

1997

***

Грусть нахлынула внезапно,

погасила божий свет,

ты опять ушел на запад,

позабыв сказать привет.

И грущу я по-иному,

если все ни так, ни сяк.

Я тогда подобна гному,

если жизнь – удар в косяк.

Ты, прости, грустить не буду,

без ударов обойдусь.

Ты предал меня, не буду

я грустить. Пойду пройдусь…

24 декабря 1997

***

Глобальные проблемы хороши,

но нас волнует чаще мизер,

и, если в кошельке моем гроши,

мне не нужна в Европу виза.

26 декабря 1997

***

Зима, капель и рождество,

плеяда елок и гирлянд,

грядет земное торжество

домашних, праздничных полян.

Ковер, диван, торшер и стол,

прекрасный елочный наряд,

струится призрачный подол,

блистает золото наград.

А ты без золота? Одна?

И не любви и не огня?

Никто не тронет веки сна,

но счастье есть и у меня.

27 декабря 1997

Стихотворения 1996

***

Мороз. Морозная зима.

И часто иней, снег.

Живу одна. И все сама.

Таков мой день и век.

Зима сурова, холодна.

Мороз. Мороз. Мороз.

Я без тебя. Одна. Одна.

Зато без слез и гроз.

Мороз и снег. Сугробы. Лед.

Холодная зима.

И там, где есть снежинок слет,

я проживу сама.

1996

Воздух очищения

А что в лесу? Зима и снег.

Пушисты серые деревья.

Снег усмиряет женский век,

и убавляет страсть и рвение.

Иду одна. Брожу одна.

Дышу незримостью пространства.

Мир просыпается от сна,

а сны – в оттенок постоянства.

Чуть-чуть любви, чуть-чуть тепла,

и холод снега для блаженства,

чтоб вынуть все остатки зла

с души моей, для совершенства.

И жить бы так всегда, всегда

без зла, угроз, простого мщения.

Из снега кое-где вода,

но воздух, воздух очищения!

И пустота царит в душе,

она остыла от мороза,

а все забытое уже,

незримо спрятало угрозы.

Есть что-то нужное в судьбе

на перепутье с холодами,

и что-то нужное в ходьбе,

а горе все покрыто льдами.

1996

Царьки

С годами все становятся царьки

на маленьких, но собственных владениях,

минуты у таких царей – горьки.

Они рычат, чтоб отстоять сомненья

о том, что вы вторгаетесь в их жизнь,

о том, что вы совсем не преуспели.