Забаглионе

– Да, – ответила Кэтрин с нескрываемым удивлением.

– Я знаю, что теперь буду один, и мне бы хотелось, в этот раз…

– Чтобы после я была рядом, – улыбалась она, заканчивая мою мысль.

Я кивнул.

– Это так и планировалось, Алекс.

Да, видимо Виктор был прав и мои блоки не нужны более, по крайней мере, среди близкого круга. С такими несложными усилиями всё было просто контролировать. Хорошо, но скучновато. Обычно я сам с собой боролся, а сейчас все шло само собой, приторно идеально.

– Приятно наблюдать изменения в человеке.

Виктор редко ошибается.

– Что же он хочет от меня? – я знал, что этим вопросом я поспешил. Вряд ли она сказала бы всё сейчас.

– Думаю, того же, что и от каждого из нас – профессионализма и верности.

Я улыбнулся.

Этот вечер пролетел быстро, очередной клиент ушёл, ужин заказан, такси увозило меня домой.

Следующий день тоже удивлял. С утра. Лёгкий ветерок осторожно прикасался к лицу, рукам, словно направляя движения тела и мыслей. Блики солнца отражались от всего возможного и наполняли теплотой и искренностью изнутри.

Птицы, солнце, небо… Это точно всё было здесь раньше? Даже люди, спешившие на работу, искренне интересовали меня. У каждого – свои задачи, мысли, взгляд, парфюм, и всё это еще не тронуто беспокойством нового дня. Я вглядывался во встречных, угадывая их образ жизни, привычки, желания… И растворялся в этом простом и понятном порядке вещей. Абсолютное восприятие жизни через чувства. Лишь юность отличается похожими состояниями, когда кажется, что нет ничего важнее чувств, но тогда это, как правило, весьма примитивный уровень, начальный. Что же теперь? Теперь – это похоже на искреннее желание не навредить и стать частью чего-то большего, чем ты сам, чем эмоции.

Вы замечали раньше, чем сильнее обостряются ощущения, тем медленнее мир движется вокруг? И вот, наступает момент, когда всё совсем замирает. Но живёт, любит, дышит… Как игрушечный волчок, при очень большой скорости, кажется абсолютно недвижимым, невесомым – темп невероятен, а вокруг просто космос… Вот примерно с такими ощущениями в один из дней я буквально ввалился к Кэтрин.

Она смеялась надо мной, дарила искренность, угощала завтраком и неповторимым кофе.

– Виктор никогда не перестанет удивлять меня своей интуицией, – она редко говорила о нём, но мне был очевиден уровень их отношений и доверия, – я много раз была свидетелем его безошибочно-филигранной работы. Особенно с близкими, – она взглянула на меня, – ты абсолютно близкий и родной.