Забаглионе

Вдруг у меня мелькнуло в сознании, что, по сути, она права, и это только я привычно, по-человечески цепляюсь за ускользающее от меня удовольствие. Я выбрал Кэтрин давно, но не как желанный объект для брака и семьи. Моё отношение к ней не имеет ничего общего с привязанностью или влечением. Эта женщина просто безупречно сияет рядом со мной. Наравне. И наполняет безграничным спокойствием.

Я улыбнулся. Кэтрин смотрела на меня, и понимала без слов.

– Что же я буду делать без тебя? Это так по-детски, знаю. Я слишком много обрёл и боюсь не справиться… Потом.

 – Закончил я тихо.

Она подсела ко мне на подлокотник кресла, взяла мою руку.

– Не важно, сколько времени осталось. Не опережай свои реакции. Я прошу тебя только об одном – будь сильнее всего этого.

Как странно. Совсем недавно я прилагал внушительные физические усилия, чтобы никак не реагировать на такую близость Вероники. Той женщины, которая уже была далека от меня нравственно, эмоционально, которая давно не преследовала высоких целей и чистых принципов.

Но по-честному, я был физически слаб тогда. А тут, полная противоположность личности, но такая схожесть момента. И ничего! Я как будто растворялся в Кэтрин, наших общих мыслях, ощущениях, сознании. Никакого беспокойства, умиротворение и полное примирение – с собой, миром. Даже с неизбежностью.

– Мы как будто живём в унисон, Кэтрин, как две параллельные линии, две качели – в одном направлении, с одной скоростью.

Она улыбнулась, встала и вернулась на своё место.

– Алекс, я знаю, да и ты тоже, как такие моменты влияют на сознание и самоконтроль.

Не отвлекайся, мой хороший. Да, я согласна, мы очень похожи и внутренним миром, и отношением к внешнему, но это не то, что жизнь хочет от нас здесь и сейчас. Мы можем расслабиться, отвлечься, но это время, потерянное, нужно будет наверстать. Позже, через год-два, не важно, наша история закончится. У меня, видимо, раньше. Но поверь! Поверь и не сомневайся, ты обретёшь помощь взамен моей, и с этим человеком пойдёшь дальше с того момента, где закончим мы.

– Но это будешь уже не ты, – попытался я.

– И не ты прежний, – тихо, но уверенно закончила она.

Сопротивляться не было смысла. Я всё понимал. Она была очень разумна, профессиональна, честна. Через час мы прощались. За её дверью я снова нашёл это неприятное ощущение последних дней. Кэтрин обняла меня.

«Может в последний раз», – внезапно подумалось мне, и я испуганно взглянул на неё, убедиться, что ничем не выдал своих мыслей.