Пропавший без вести

Имя? Фамилия? Это жутко, знать, что есть понятия «имя», «фамилия», «отчество», но не ведать ничего о себе. Не понимать, где находишься, что это за мир. Ни единого слова об этом мире в ответ. Имелась мозаика предметов и явлений. Я владел словами, я мог назвать и указать пальцем, что вот это есть кресло, а сейчас лежу на полу, передо мной дыра, сквозь которую виден день – это явление. Осознаю, что такое лето, зима, осень и весна, а также осознаю смену сезонов, но мир…

Кстати, дыра действительно тщательно пропилена.

Не прожжена. Потолок деревянный.

Так, стоп! Не знаешь, кто ты и где, а думаешь о всякой ерунде, лишь бы отвлечься.

Да, я знаю, что такое дерево и металл, и камень…

Мир наполнен знакомыми предметами и явлениями, но от этого мир не стал родным. Я в первый раз вижу эту комнату, это кресло, а вот ту кровать у стены. Она стоит в тени в паре шагов от маленького окна. За спинкой кресла находится шкаф, забитый книгами…

Книги?

Отлично!

Это придало мне сил. Вскочив на ноги, быстро и уверенно подошел к шкафу и снял с полки первую попавшуюся книгу.

Сразу пришлось разочароваться, ибо рисунков в книге нет, а языка я не знал. Строчки горизонтальные, а буквы или иероглифы ничего не воскресили в памяти. Значит, неизвестный мне алфавит. Символы были похожи на простые геометрические фигуры, внутрь которых вписаны такие же простые геометрические фигуры. Просмотрев пять книг на удачу, я лишь тяжело вздохнул: «Всё одно и то же». Иллюстраций нет, названий на корешках и на титульных листах нет. Сама собой явилась мысль, что в шкафу одна книга, только ее несколько экземпляров.

Кстати, а сколько здесь книг?

Пересчитывать их не собирался, но навскидку было не более сотни. То есть считать я умею. Книги стояли вертикально, корешки безликие, а твердые переплеты оказались одного и того же цвета – черного. Как будто одно издание, или все эти загадочные фолианты побывали разом у одного переплетчика.

Я сел в кресло и осмотрел комнату. Обстановка оказалась аскетичной.

Итак…

Помещение имело квадратную площадь, то есть в длину и ширину в десять шагов. Пол выстлан широкими темными досками. Слева – дверь, справа маленькое окно, занавешенное тряпкой, у окна кровать, у смежной стены шкаф со странными книгами, рядом со шкафом находиться кресло, в котором сижу я.

Маленькое окно выходило в другую комнату, что странно. Я надеялся увидеть улицу.

Кровать металлическая и высокая. Я сел не нее. Ноги свисали, не касаясь пола.