Виктор Комов & рептилоиды

Они вышли на улицу, и Сыч продолжил говорить на ту же тему:

– Так вот. В связи и по поводу. У меня вопрос давно созрел. Нафиг он прячется от всех? Интервью не дает, с читателями не встречается. Может, его не существует?

– Ну, а кого же мы в кафе видели? – растерялся Батон.

– Подстава. Лицо для обложки журнала, культурно говоря. – Сыч ненадолго замолчал. – Слышь, а может он что-то скрывает?

– Например?

– Технологию писательскую.

– Не въехал.

– Ну, не он это пишет, а группа. Литнегры? М?

– Ага.

А за Донцову мопсы впрягаются. Она им элитный корм покупает на гонорары.

– Я серьезно. Есть версия, что литературный робот, ну, то есть программа для генерации текстов сочиняет для Комова, а он только шлифует текст, чтоб натурально выглядело.

Батон настолько крепко задумался, что его состояние можно было охарактеризовать компьютерным глаголом: завис.

– Знаешь, что, – выдал он после долгой паузы. – Пошли на дело.

– Согласен, нечего порожняк гонять.

Когда они поднимались, Батон заговорил, пытаясь убедить самого себя:

– Кстати, это интересно.

Иметь такую машинку. Задал входящие, ну, там жанр, форму, краткое содержание, а машинка тебе херак – и готовый текст через пару минут.

– Угу, зашибись, – буркнул Сыч, остановившись на площадке пятого этажа. – Нажимай на звонок.

Батон нажал.

Эдуард не сразу открыл дверь.

– Ну, че, допрыгался? – зло произнес Сыч и приставил пистолет к переносице Эдуарда. – Че на это скажешь? Дурь твоя – дурь, в смысле дерьмо полное.

И ты тоже. Дерьмо.

Эдуард, делая пару шагов назад, попытался скосить взгляд в сторону, чтобы увидеть, куда ставить ногу. Так пятясь, они прошли в квартиру. Батон прикрыл дверь. Сыч, надавив дулом на переносицу Эдика, заставил того сесть в кресло.

– Мой кореш утверждает, что Виктор Комов зашибенный писатель, а я считаю, что нет, – произнес Сыч.

– Я н-н-е читал Комова, – осторожно проговорил Эдуард. – Я к-киношку люблю смотреть. Вот про режиссеров я могу рассказать.

– Пидоры они все! – взорвался Сыч.

– П-п-почему? – Хозяин квартиры побледнел.

– По кочану. Кстати, ты знаешь, чем отличается кочан от вилка?

– Нет.

– Названия разные, а по содержанию одно и то же. Вот и Комов. У него разные произведения, разные названия, а содержание одинаковое – говенное. Вот и дурь твоя так себе. Поэтому гони бабки обратно.

– Ребят вы че? В-в-верну завтра. Сейчас я на мели.

– До завтра дожить еще надо тебе, а нам сегодня.