Всемирный экспресс. Поезд ночных теней

Напряжение всегда переносилось легче, когда оба они, как сейчас, пахли дымом и тьмой.

Фёдор скользнул взглядом по долговязой фигуре Флинн. Внезапно она слишком ясно осознала, что стоит в тоненьком халате, наброшенном на школьную пижаму. Инстинктивно запахнувшись поглубже в шёлковую ткань, она скрестила руки на груди.

Фёдор, кашлянув, отвернулся.

– Разумеется, замена колёсных пар происходит у Всемирного экспресса не так, как у обычного поезда, – энергично сказал он. – Иначе при чём же тут магия? Каждый раз, когда мы добираемся до России, Америки или Африки, центральное бюро присылает тинкеров.

Они готовят экспресс к резкой перемене погоды или к переходу на другую ширину колеи. – Он пожал плечами. – Тут работает магия.

– Магическая технология, – поправила Флинн. Ей по-прежнему казалось, что она мало что в этом понимает, но всё-таки благодаря Пегс она знала, что создатель этого поезда Джордж Стефенсон был одним из последних владеющих магией людей. С помощью своего дара он и сконструировал Всемирный экспресс: поезд, где техника соседствует с магией.

В общем, магическая технология.

Потом он умер – и магическая сила вместе с ним. Флинн вдруг нестерпимо захотелось, чтобы всё было не так. Ей очень нравилось, что Джордж Стефенсон создавал поезд, используя магию. Ей представлялось, что он справился с этим одними заклинаниями и трудолюбием.

– Поверить не могу, что мы едем в Россию, – задумчиво пробормотал рядом с ней Фёдор.

Флинн отвлеклась от своих мыслей и украдкой взглянула на Фёдора.

На секунду ей показалось, что сейчас всё как при их первой встрече в поезде, когда перед ней возникло освещённое лучом фонарика скуластое лицо Фёдора.

– Ты рад? – с любопытством спросила она. Лампочки ночного освещения, успокоившись, волшебным образом придавали лицу Фёдора тёплое свечение. До сих пор он мало рассказывал ей о своей родине, поэтому Флинн совершенно забыла, что она вообще у него есть.

– Рад? – Фёдор залился каким-то резким смехом, но вдруг прервался, разглядывая Флинн словно какое-то ценное открытие.

 – Возможно, – тихо сказал он. Его взгляд снова скользнул по эмблеме школы на её пижаме. Флинн опять скрестила руки.

– Ты бы сейчас так не волновался из-за России, – вырвалось у неё, – если бы использовал свой билет в экспресс.

Фёдор нахмурился. С морщинами на лбу он казался столетним стариком, и Флинн чувствовала себя по сравнению с ним маленькой и ужасно глупой.