Сказка о сосуде для демона

– Что же мне теперь делать? Мне конец! Я их всех убила, – дрожащими губами еле слышно сказала я и вернулась в комнату, чтобы не видеть искажённые смертью лица.

– Их убила я! – как гром прокатились слова по воздуху.

– Стелла? Что ты здесь… – выглянула я снова в коридор.

– Ого, сколько их здесь? – перебила она меня и принялась считать лежавшие беспомощно на полу тела.

– Шестеро! Пожалуйста перестань считать, – я не могла смотреть на мертвецов и вернулась в комнату.

– Ты уже звонила в полицию? – поинтересовалась Стелла, зайдя вместе со мной.

– Нет, я никому не звонила и ничего не говорила.

– Мне нужен флакончик с отравой. Верни мне его. Где он?

– Вон он, – кивнула я в сторону стола и сползла по стене на пол, так как от страха ноги меня едва держали в вертикальном положении.

– Ой, какие милые котейки! Твои? – Стелла взяла аккуратно бутылочку и засунула её в карман куртки.

– Нет, соседские, – дрожащим голосом ответила я и потёрла лоб рукой.

Стелла подошла ко мне, присела напротив меня и обхватила своими тонкими холодными руками моё лицо.

– Послушай меня внимательно. Вызови полицию и скажи им как есть: проснулась, обнаружила тела, позвонила и понятия не имею, что с ними случилось. Обо мне и отваре, естественно, ничего не упоминай. Нашей встречи не было, и я тебе ничего не давала. Поняла?

– Иначе ты убьёшь и меня? – спросила я с какой-то надеждой в голосе.

Стелла посмотрела на меня с лаской, обняла и, попрощавшись, ушла.

Глава 3. Самостоятельная жизнь

Полиция пропесочила меня и всё, что со мной связано, но ничего не смогла отыскать криминального.

Удивительно, но по факту гибели шестерых человек не было возбуждено дело, так как посчитали, что все шестеро умерли по естественным причинам, по каким именно – никто не удосужился мне доложить. Я в свою очередь ни слова не упомянула о Стелле и о флакончике с отравой. Мне пришлось продать все более или менее ценные вещи для того, чтобы организовать похороны матери. Теперь я осталась совсем одна и нужно было самой как-то зарабатывать на жизнь, а без образования хорошей работы в нашем городке не найти, и мне пришлось придумывать, как выживать. Но больше всего меня беспокоило чувство вины. Никогда не считала себя злым человеком, но разве добрые люди могут желать кому-либо смерти, даже если рассержены и злы?

Через месяц я уже тщательно натирала полы в офисе адвокатов, который уютно расположился недалеко от общежития, где мы с матерью жили всю мою жизнь.