В поисках свободы, или Дважды два четыре. Пьеса в четырех действиях

Таким декан там недоволен,

Будь ты хотя б сто раз умен.

У нас спиши и дай на лапу,

Тебе дадут диплом, зачет.

А заграничным супостатам

Такое будет не в почет.

Антон Павлович

И чем там лучше эти ВУЗы?

Скучны и мелочны, хоть вскройся.

Порядки наши словно ту?зы —

Держи всегда их в рукавах,

Имей в колоде и не бойся

Вдруг оказаться в дураках.

Остров

Не тем они плохи, что честны.

Честь – дело чистых душ,

А наше русское мздоимство —

Лишь свойство мелочных чинуш.

Мария Андреевна

Но слышала, что там наука

Так процветает – боже ж мой!

Статьи их мне лишь только скука,

Но в Швеции почет сплошной.

Остров

В гробу перевернулся Нобель,

Огромный цензорский их шнобель

Все режет – греческие Мойры,

Иль Парки в Риме, иль на подходе к пойме,

Как дичь их режут терции прогресса,

Прогресс для них – ноль к правде интереса.

Лиза

Умны вы, но в пространстве радикальном.

Радикализм не в моде нынешнего строя

И в нашем мире очень толерантном

Стремитесь точно к поприщу изгоя.

Остров

Изгоем для меня быть не зазорно

И мир не уважаю в том,

Что мысли не гуляют более фривольно

И строй в нем строит избирком.

Лиза

Друг милый, вас я понимаю,

Но что же сделать если мы

В мироустройство не вникая

Боимся жить без строя, как чумы?

Антон Павлович

Строй строю рознь,

Скажу вам честно,

Про этот заграничный строй

Не думаю ничуть не лестно,

Но то ли дело строй родимый мой!

Что говорить, что думать нам сказали,

Но думали ли нас здесь обмануть?

Если нас в русском горе и печали

Хотят наставить на благопристойный путь!

И пусть слегка пугают заграницей,

Вижу дурного в этом я едва,

Если вы сами давеча сказали

Как заграница вам была мерзка.

Остров

Мерзка была ли заграница?

Ведь не мерзее стран любых.

Вот умерла бы, как синица

Она от наших русских зим.

И что ж?

Без газа и без нефти, погибнет как немецкий блиц?

Допустим.

Что осталось после?

Лишь горы снега вдохновенья и вечная ума зима?

Лишь толпы лизоблюдов пошлых и невозможная весна?

Не ждал бы я такого мира, окоченеющих синиц,

Полковников и бизнесменов, извечно падающих ниц.

Мила мне прошлых лет свобода,

Я выражался как хотел.

Хотел, читал я Геродота,

Хотел, двуполых небылиц.