Я ангелом не стал. Стихи

В своей избушке я не встречу паутины,

не стану стены от усердия долбить,

прилажу гвоздик у проёма для картины,

закончив голову заботами пилить.

Мне повезло на свежем воздухе встряхнуться,

по полкам дни своей свободы разложить,

в другие чёботы с утра переобуться

и между грядок для порядка покружить.

А там – что будет! Не вынашиваю планов,

с котом лохматым помечтаем на тахте.

и до зимы не встретим шустрых тараканов,

в сокрытой вёрстами столичной маете…

Немыслимый узор

Я заострю перо фантазиями остро,

в бумагу хрупкую вонзив печальный взор,

свои каракули расставлю там по росту,

пытаясь выправить немыслимый узор.

Испорчу толстую тетрадку – не проблема,

непригодившиеся мысли вышлю прочь,

приблизив к финишу искомую дилемму,

оставлю с носом эту каверзную ночь.

Зачем взвалил я на себя чужую ношу?

мои искания не вносят позитив,

но я стихи писать разумные не брошу,

искореняя в них дешёвый примитив.

Ну, погорюю я слегка, рассвет встречая,

заброшу в печку надоевшую тетрадь,

налью из чайника большую кружку чая,

да ночь упущенную двинусь досыпать.

Жизни след

Я запрыгнул при рожденьи в колесницу,

не моя была идея, но – неважно.

Превратилась лента жизни в вереницу,

по которой я в года летел отважно.

Я барахтался в морях и океанах,

укрощал огнём заветные металлы,

побывал в момент свободы

в разных странах,

усмирив в душе барьеры и завалы.

Приобрёл в походах мудрости частицу,

разбросав её без фальши по страницам,

прихватив, уже всерьёз,

свою Жар-птицу,

не мотаясь больше дурнем

по столицам.

Изменились предпочтенья и привычки,

мне милее лес дремучий да избушка,

всё, оставленное мной, возьму в кавычки,

и послушаю,

что скажет мне кукушка?…

Старая кобыла

Семимильными шагами

жизнь к закату покатилась,

голова седым сияньем,

как игрушка, заискрилась,

впереди ночным туманом

все желания накрыла,

не бежит со мной, как прежде,

в поле старая кобыла.

В стойле ждёт охапку сена

и воды ведро с надбавкой,

мне в ответ она кивает,

на седло взглянув под лавкой.

Говорю с ней о насущном,

чем мы жили в дни лихие?

не скакать нам, как когда-то,

в дали дальние, глухие.