Повезло мне, друзья

А в миг, когда ни зги не видно,

Летучей мышью в час ночной,

Зайти по ниточке, завидно,

Навстречу с взлётной полосой.

Ил-76 перед посадкой в Багдаде на фоне дворца Садама

И по-вороньи, филигранно,

К земле приблизить самолёт,

И испытать в душе нирвану

Посадкой нежною, как взлёт.

Нет в авиации несчастных.

И невезучих тоже нет.

Скажи: что может быть прекрасней,

Чем раньше всех встречать рассвет?!

СЕРЕГЕ

первоклассному лётчику Гончарову С.В.

Помнишь ли, мой друг, Серега,

Как длинна была дорога

К голубым бездонным небесам?

Как к мечте своей стремились,

Званьем летчика гордились,

Удивлялись летным чудесам?

Помнишь ли былые муки,

Как кромсали мы науки,

О запретном думая тайком?

Как о доме мы вздыхали,

От любимых писем ждали,

Чистили картошку вечерком?

Помнишь ли, мой друг, Серега!

В поле, скошенном, два стога, -

Ты там сделал первый разворот,

Как от радости хмельные

Мы курили “вылетные”

За самостоятельный полет?

Помнишь ли, мы – лейтенанты

Разодетые как франты,

Отмечали вечер выпускной?

Как, любя, в полку встречали,

Перспективы рисовали,

Окуная в службу с головой?

Взлётно-посадочная полоса в Джелалабаде.

А теперь взгляни, Серега,

В небо коротка дорога -

Километры взлетной полосы.

Мы без страха и сомненья

Мчимся к звездам с ускореньем,

Бортовые запустив часы.

Мы взлетаем и садимся,

Трудных дел не сторонимся.

Стала лишь обыденной мечта.

Нам с тобой давно не двадцать,

Но не стоит огорчаться, -

Ведь в движении жизни красота.

Пусть года уходят в дали,

На груди растут медали.

Будем небо вольное любить.

Мы с тобой из поднебесья

Распеваем миру песни.

А за это очень стоит жить!

Привет, друзья

Минуло десять лет и нам уже за тридцать.

Налёту с гаком тысяча часов.

В глазах спокойный свет, решительные лица,

Уверенность суждений, твёрдость слов.

Минуло десять лет. Наверное, немало,

Хотя для жизни это только миг.

Но шестерых в строю уже не стало.

Мигнёт ещё два раза и – старик!

А, кажется ещё совсем недавно,

Волнуясь, мы стояли у «черты».

Но в робу Лейзерзон одел исправно,

И рыли мы траншеи, как кроты.

Мазо воспитывал нас, сквозь усы ругаясь.

Дроздов учил ходить: «Не шевелись!».

А вечером, от Сокола скрываясь,

Запретную мы постигали жизнь.