Повезло мне, друзья

Внизу светлеет полоса.

Прохладой манят небеса.

Мы между ними: то ль столкнут, то ли собьют.

Как ас, в бою не устрашим

Предельный берегу режим.

А наш радист творит за нами фейерверк.

Мол: если «дух"[11 - Дух (разг.) – душман(тадж.) – враг] "Редай"[12 - Редай – Ракета Земля-Воздух] метнет

За фейерверком[13 - Творить фейерверк – отстрел тепловых ракет с самолета] тот пойдет.

И с "Демократа " нас заметить сможет клерк.

Так крутимся, который год.

Нам чеки платят за полет

И говорят, что наша помощь им нужна.

Они зовут нас "шурави»,[14 - шурави (тадж.) – советский]

Но нашей не щадят крови.

В такой я помощи не вижу ни рожна.

Я не боюсь в жару летать.

И мне на чеки наплевать, -

Я бескорыстно свой исполню правый долг.

Мне б только знать, что наш полет

Любовь и мир Земле поет

И в наших жертвах есть и смысл, и честь, и толк!

НАД ВЗЛЕТНОЙ ПОЛОСОЙ

Раскаленные скалы взирали на нас.

И ловил в перекрестие вражеский глаз.

И солдат-наблюдатель на вышке следил,

Как наш борт над бетонкой спиралью ходил.

А из глиняных гнезд, из расщелин и скал,

Выражая испуг или злобный оскал,

Выражая тревогу, живой интерес

Сотня, тыща очей наблюдали наш рейс.

И, чертя вопросительный свой пируэт,

Залпы серий ракет отмечали наш след.

И кружили “вертушки”,[15 - Вертушки (разговорн.) – вертолеты] стволами водя,

За возможной стрельбою душманов следя.

Так встречал-провожал нас: Кабул и Шиндант,[16 - Кабул, Шиндант и т.

Гепатитный Кундуз, знойный Джелалабад,

Кандагар и Баграм, Хост, Мазари-Шариф…

Но крылом нам махал лишь орел или гриф.

ПОСЛЕ ДОЖДЯ

Трубину А. К.

Стоит над Кабулом кристальная ясность.

И небо, и горы, и город прекрасны.

Блистают вершины, сверкают долины,

Сияют аулы из камня и глины.

Синь неба над нами лазурно-хмельная.

Над речкой туман – лебединая стая.

И воздух кругом невесом и прозрачен,

Что в сердце восторг, как в минуты удачи.

Красой смущены, мы уносимся в небо.

И кажется нам: здесь никто еще не был.

Наш лайнер купается в брызгах рассвета,

И счастливы мы в облучении этом.

Как видно, для счастья не так много надо.

Мы как-то забыли, что смерть где-то рядом:

В промытых аулах и скалах таится

И, нашего счастья не ведая, злится.

В окрестностях Кабула.