Мечты о прошлом

Ты адрес мне оставь или в Ленинграде…

– Да ладно…

– Нет, ты адресок всё же оставь. Как заработаю, вышлю. Десятки хватит? Нет! Пятнадцать вышлю и… спасибо тебе за всё.

Андрей написал на листке блокнота свой ленинградский адрес и передал листок Эдику.

– Прощай.

– Прощай.

С тех пор они больше не виделись. Ни писем, ни денежных переводов Андрей от Эдика не получал. Он как-то сразу и забыл об обещанных деньгах. Да и Эдика быстро забыл. Он навсегда запомнил не столько сами полустанки, города, реки, степи, горы и леса, сколько ощущения, оставленные ими: их запахи, звуки, голоса – словно не он проехал мимо них, а они прошли сквозь него.

Он запомнил мимолётно встреченных на этой дороге замечательных людей, а вот Эдика, хоть и пробыл с ним в одном «купе» десять суток, как-то не запомнил. То есть его имя он помнил, а вот голос, взгляд, манеры почти исчезли из памяти. Странные повороты делает порой наша память, такие странные, что и задумаешься: а сколько людей будут помнить тебя? И как долго помнить будут? И как именно будут помнить?

Все как-то очень быстро расселись по машинам, и маленькая колонна двинулась к транспортной проходной товарной станции.

Машина, в которой был Андрей, ехала последней. Сначала дорога шла вдоль каких-то некрасивых, большей частью деревянных домов, а потом вообще устремилась в чисто поле на пологом и плоском склоне. Где-то очень далеко виднелся город, а тут не видно даже признаков жизни. И, как назло, именно в этом месте заглох мотор. Двух передних машин и след простыл, кругом никого и ничего, и только ветер гоняет волны по густой, но невысокой ещё траве с жёлтыми цветочками.

Слава Ершов, морщась, словно от зубной боли, несколько раз запустил стартёр. Тот старательно визжал, но мотор не заводился. И тогда он, посмотрев на Андрея волком, словно именно Андрей был в этом виноват, нараспев произнёс: «Начина-а-а-а-ется». У Андрея по спине пробежал нехороший холодок. Такой нехороший, что он даже не решился, дабы не пролился на него шофёрский гнев, спросить, что случилось.

А шофёр, сердито сопя носом, поднял капот, немного покопался где-то внизу, а потом снова запустил стартёр. Мотор заурчал, но, когда Слава опустил капот, тут же заглох. Так повторилось трижды.

– Бензонасос не качает, – уныло произнёс шофёр. – Вручную качает, а от распредвала – нет. Лапка сшоркалась или… или под клапан что попало.

– И что теперь? – спросил Андрей, понимая глупость и бесполезность своего вопроса, который и остался без ответа.