Покорно Жаждущий

Тот выполнил просьбу, подхватывая побитый временем стул за ножки и двигая его в сторону парты, но сделал это с неудовлетворительным вдохом, который, по всей видимости, выражал ещё и отвращение.

Они стояли, как бараны, упираясь лбами, и выгибая руки друг друга, чтобы перенять инициативу, маленький старичок на коротких ножках пытался преодолеть слишком большое расстояние, победив которое он бы смог стать стеной между враждующими сторонами, но лёгкие предательски сбивали дыхание и слишком долго приходилось жадными глотками ловить драгоценный воздух, в эти моменты преподаватель старался хотя бы словами унять сцепившихся студентов.

Никто не решался влезть в драку, даже Сашка, который называл себя лучшем другом Афанасия, косо смотрел на боровшихся, но ещё стоявших парней, будто пожирая взглядом их распри. Астра тоже не хотела разнимать их, она просто наблюдала за происходящим свысока, не желая марать руки.

И тут послышался хлёсткий удар. Пощёчина. Правая скула Афони побагровела, а лицо налилось кровью и покраснело от злости, он враз вернулся к исходной позиции и нанёс сопернику удар прямиком в нос, от чего тонкая алая струйка побежала по верхней губе и под ошарашенные вздохи студентов стала капать на белый кафельный пол, некогда покрывавшийся казённым ковром, который, по самым гнусным слухам, забрал домой преподаватель философии.

Пожиратели Звёзд

– Вы чем здесь занимаетесь? – восклицал преподаватель, – вы в у-ни-вер-си-те-те, – по слогам произносил он, придавая своему образу большей комичности, – оба в деканат! – после этих слов в сердце Афанасия поселилось смятение и, пошатнувшись, он сел на своё место.

К парню подошла Астра и дала зеркальце, её пальцы так нежно соскользнули с него, даже не оставив малейших разводов. Парень стал вглядываться в него, осматривая место удара. Покрасневшая скула слишком сильно побагровела, «синяк останется.» – подумал Афанасий, боясь поднять взгляд на девушку, стоящую перед ним. Она взяла его за подбородок и подняла его лицо.

– Благодарить не буду, сама бы справилась, но я уважаю твоё рвение защищать других, – Афоня хотел бы услышать её смех, но слова были переполнены серьёзность и ледяным безразличием, – почему ты…

– Не думай, что я защищал лишь тебя, – неожиданно сказал парень, даже Санька повернулся, улыбаясь от того, что находил в этом нечто комичное, а он продолжал, – я того же мнения, как и ты, но позиция совсем иная, – твёрдым слово окончил свою речь Афоня.