Хрустальный замок

В паспортном столе решили вопрос быстро. Проверив по карточке учета Сережину фамилию поставили в паспорте штамп.

С учетом тоже проблем не возникло, участковый по его району как раз дежурил в отделе, и все формальности были решены достаточно быстро. Административного надзора за Серым установлено не было.

– На работу только устраивайся поскорей – сказал усатый старлей, отдавая Серегею паспорт.

– Почти уже – ответил Серега – Вечером в Москву уезжаю, сварщиком работать буду.

– В Москву? Тогда временную регистрацию оформить не забудь и там на учет встать – равнодушно ответил участковый.

Выйдя из отдела Сергей позвонил Игорю Ивановичу.

– Быстро ты свои дела закончил, когда в Москве будешь?

– Завтра утром – ответил Серый уже зная расписание поездов.

– Отлично, адрес пришлю тебе по смс, я весь день на объекте буду. Как приедешь сразу подъезжай, меня спросишь.

– Спасибо, до завтра.

– До завтра.

Серега был рад, что так быстро разобрался с делами. Осталось только на кладбище родных навестить.

Долго там правда Сережа находиться не смог. Тяжело было ему. Мраморная плитка отца с красной звездой установленной за счет государства наглядно контрастировала с пошатнувшимися крестами мамы и бабушки. Серега понимал, что все это время он не был на могиле по вполне понятным причинам, но все же…

Постояв минут пять, он развернулся и пошел прочь. Весь день до отправления поезда он коротал в привокзальном кабаке, заливая в глотку водку. Все как-то одно на другое наложилось.

Тяжелая судьба, ранняя смерть родных, воспоминания, которые всплывали при виде родного города, напоминая о жизни, которой больше не будет… В довесок ко всему и Олю вспомнил, которая вызывала у него чувство вины.

Водка как ни странно почти не пьянила, и в вагон Серега зашел практически трезвый.

Впрочем, она помогла быстро уснуть, и проснулся Серый уже бодрым и свежим, подъезжая к Столице, как будто не водку пил вчера, а воду.

Сойдя с поезда Сергей наконец-то отпустил все то что мучило еще вчера.

Теперь он в Москве! У него начинается новая жизнь! Старому больше нет места!

Выйдя из здания Казанского вокзала, он понял, что ни один мент его даже не остановил, что было неудивительно. Им хватало забот с гостями из ближнего зарубежья, и до русского судимого человека не было дела.

Москва бежала, жизнь в ней кипела, даже ранним утром. Площадь трех вокзалов как всегда была оживлена.

Сереге даже стало на секунду немного не по себе.