Правила и законы жизни

Он отпустил из рук девушку, неожиданно уронившую дамскую сумочку на пол, ему под ноги. Лом слегка опешил от такой неожиданности. Он наклонился, чтобы поднять ее и на короткое время ослабил бдительность. Когда он поднялся, Светлана, отскочив в сторону, пустила ему в лицо струю специального газа из баллончика, подаренного ей Павлом, полгода тому назад. До сих пор в ее памяти осталась та сцена, когда капитан полиции, явившийся к ним, на психиатрическую кафедру накануне женского дня, вместо букета цветов, преподнес ей своеобразный подарок.

«Считаю, что вам подобное средство пригодиться, уважаемая Светлана Анатольевна. Вы постоянно вращаетесь среди лиц, которых можно назвать криминальными типами, а не психически недееспособными. И никто из нас не может сказать, заранее, что у психобольного на уме, и какой фокус он может преподнести в следующий момент. Однажды, такой предмет может спасти вам жизнь».

И, действительно, действие перцового газа (одного из сильнейших) применяемых в полиции как специального средства, проявилось моментально.

Лом закашлялся, закрыл руками свои моментально покрасневшие глаза и стал судорожно совершать частые дыхательные движения, наподобие речной рыбы, вытащенной рыбаком на берег. «У меня в запасе не менее десяти минут. И надо поспешить. Тип крепок физически и, следовательно, может оправиться от шока и, очевидно, последует за мной». Она закрыла дверь ключом, лежащим на столе и, не теряя времени, побежала к выходу. Оставалась опасность, что преследовали, могли ожидать ее у дверей и тогда, естественно, она неминуемо попала бы им в руки. Но на ее счастье у входных дверей никто не просматривался. Серый, понадеявшись на ловкость и силу напарника Лома, по-прежнему, дожидался его в машине, резонно считая, что Николай один превосходно вытащит девушку из дома и затолкнет ее в автомобиль. «Нет, через входную дверь мне никак нельзя уходить. Но и оставаться в доме, тоже крайне опасно. Громила (так Светлана обозначила Лома), может появиться в любой момент и тогда конец. Мне больше не вырваться из его цепких, волосатых рук. Единственный для меня выход – путь через подвал. По крайней мере, там я до поры до времени буду в относительной безопасности. Преследователи вряд ли знают или догадываются о его существовании. Если они знали, то поставили бы своего человека у дверей, под лестницей.