Эпоха лишних смыслов

Я вздохнула, возвращаясь в реальность, к молчавшему телефону. Может, надо позвонить попрощаться? Хотя бы маме, если не Лешке?

– Прорыв? – коротко поинтересовался водитель, снова глядя на меня.

– Он самый, – отозвалась я, неуверенная, можно ли ему что-то говорить.

– Первый раз?

Я чуть пожала плечами в ответ. Парень начинал меня утомлять. Я просто не в силах была удержать в руках столько нитей.

– Я вас раньше не возил никогда, – сказал он примирительно.

– Зефир? – спросила я, приподняв брови.

Парень резко рассмеялся:

– Закрытие фантастических реальностей.

Зе-фир.

– Когда доедем?

– А мы, собственно, уже. – Он повернул руль вправо и затормозил.

Я в последний раз посмотрела на экран мобильного, с досадой швырнула его на кожаное сиденье и выскочила на улицу, поднимая воротник пальто. Напрасно. В переулке было лето. Или, по крайней мере, ранняя осень, точно не скажешь. Я бросила взгляд на дорогу, по которой мы приехали. Вдалеке еще царила зима, но тут…

– Удачи пожелайте.

 – Я механически размотала шарф и бросила пальто внутрь.

– Удачи! – Парень даже из окна высунулся. – Меня Миша, кстати, зовут.

Пришлось обернуться, несмотря на то, что взгляд, как магнитом, притягивало к мерцающей полосе около стены дома.

– Оливин, – буркнула я, возвращаясь на бренную землю, и тут же охнула.

Если прорыв затянул меня с такой силой, когда я на него посмотрела, то чего же ждать дальше?! Старательно не поворачиваясь, я сделала три шага по направлению к машине.

– Как камень? – спросил Миша.

– Точно, – сказала я, слегка удивляясь и пытаясь ухватиться хотя бы за это чувство. Впрочем, тщетно. Оно оказалось слишком слабым и недолговечным, прорыв забрал его в одно мгновение.

– Миша, давайте быстро всю информацию о себе, которая есть, а еще выкладывайте, что там происходит с гражданскими, какого черта у вас эти дурацкие номера, военные, да, черного цвета, и зачем мне стоит возвращаться обратно. Максимально четко и быстро.

Меня била крупная дрожь.

Прорыв манил и сиял, вытягивая силу воли и вообще все эмоции; их сметало, будто в воронку, в вакуум открытого космоса, а я должна была каким-то образом удержаться за пульт управления, да еще закрыть шлюз.

Я с силой стукнула кулаками по дверце: даже мысли приняли метафоричность, заложенную в чертовой книге.

– Вы что-то там видите, да, Оливин? – удивленно поинтересовался Миша, и я все-таки запрыгнула на пассажирское сиденье, захлопывая дверь за собой.