Эпоха лишних смыслов

Но я знал, где точка напряжения, и мне хотелось, чтобы ты ее тоже нашла, раз уж все прошло так успешно. Знала бы ты, как я орал на Арлинову, пока меня везли к прорыву, а тут раз – появляешься ты, задача выполнена. И спасибо, что спасла мою жизнь.

Я покачала головой:

– Так купленное платье – благодарность? Макс, ты купил мне платье, которое стоит…

– Копейки? – поднял брови он. – Я представляю, сколько ты имеешь с книги, но думал, что…

– Макс, в общепринятом смысле чертово “Прада” стоит очень дорого, и оставим в стороне, сколько оно стоит для меня.

Ты привозишь меня в Столешников, велишь выбирать наряд, мы проводим самые… – ”веселые” почти слетело с моего языка, – ненормальные полчаса в моей жизни, меряя все подряд, находим что-то приличное, потому что “о боже, дресс-код”, и на выходе ты платишь за все.

– Мне так нравится, когда ты много говоришь, – Гамов улыбнулся, и его дыхание прочертило завораживающий след в воздухе.

Я вздохнула самым укоризненным образом, на который была способна, и отвернулась.

– Ты спасла мою жизнь. Так что давай не будем считать, сколько она стоит. Могу я подарить девушке платье?

– Вообще-то нет.

Гамов на мгновение прикрыл глаза:

– Могу я подарить платье напарнику?

Слово приятно обожгло сердце. Я помялась мгновение – и нехотя кивнула. Гамов аж расцвел.

– Теперь расскажи мне про Беллами. И почему встречаешься с моделью, и почему живешь на Чистых.

– Много будешь знать, скоро состаришься, – выдала я, посмотрела на его разочарованное лицо, подавила вздох и, встав на цыпочки, поцеловала в щеку, вдыхая горький запах какого-то дорогого одеколона.

– С днем рождения.

6

Я со стоном повалилась на рабочее место и, открыв ноутбук, уставилась в него невидящим взглядом. Голова раскалывалась на части, и любая попытка сделать умозаключение терпела крах от невыносимой боли.

В дверном проеме появилась чья-то тень.

– Как обстоят дела у нашей мисс мира?

Я даже не среагировала.

Тратить хоть гран сил на Турова представлялось мне полнейшим идиотизмом.

– Отчет к шести сдавать, да? Представляю, представляю. Сейчас возьмешь и напишешь за полчасика, а там гуляй себе.

Виски начали гудеть.

– А где Макс? До сих пор не пришел в себя после вчерашнего, простите, суаре на Арбате? Прислал тебя отдуваться за двоих? Бедненькая, Оливин, ты бедненькая.

– Туров, уймись. – Язык с трудом ворочался во рту.