Между пятым и шестым

Её распирало от дикого желания поделиться со мной чем-то грандиозным. Но она молчала и хитро улыбалась, накаляя обстановку.

– Говори, уже! – с напускной серьёзностью потребовала я, сгорая от любопытства.

У подруги будто тяжёлый груз свалился с плеч. Устроившись поудобнее, она с воодушевлением заговорила:

– Угадай, кого я вчера встретила.

Я даже напрягаться не стала. Всё равно бы не угадала.

– Не тяни резину.

– Илью, – довольно воскликнула она.

Я не поверила своим ушам. Услышать это имя для меня было большой неожиданностью.

– Сомова?

– Его самого, – у Ленки был сияющий вид. Словно она выиграла главный приз в номинации «Новость года».

Я же совершенно не понимала как себя вести. С Ильёй меня связывали близкие отношения годовой давности. Наш бурный роман продлился всего лишь три с половиной месяца, а потом он ни с того ни с сего, собрался и уехал в Германию. Бросил меня, толком ничего не объяснив. Не легко было пережить предательство, но я справилась и простила. Только не знаю, готова ли была видеть его снова.

Вопрос вырвался сам собой:

– Как думаешь, он надолго приехал?

– Понятия не имею. Эти мажоры такие непостоянные. Кстати, он про тебя спрашивал.

Последние слова слегка взволновали меня.

– А, ты?

– Что я… Сказала, что у тебя всё супер. Встречаешься с парнем. И он уже сделал тебе предложение.

Я чуть не поперхнулась от услышанного.

– Зачем? Это же неправда.

На меня был направлен взгляд полный скепсиса.

– Ты хотела, чтобы я рассказала, что после него у тебя так никого и не было?

– Нет, конечно… – смутилась я.

– Правильно. Нефиг ему думать, что на нём свет клином сошёлся, – расчётливо отчеканила Ленка. Потом посмотрела на часы и заторопилась уходить. – Мне надо бежать. Петенька, наверно, заждался.

Снисходительно улыбнувшись, я мысленно закатила глаза.

Так называемый Петенька был Пётр Аркадьевич Колесников, наш преподаватель истории в институте. Мужчина средних лет. Хорош собой, но крепко женат. Подруга закрутила с ним ещё на вступительных экзаменах.

Её вполне устраивала роль его любовницы. Главное для этой вертихвостки был стабильный зачёт по истории. Я не вмешивалась. Взывать к совести Ленку, всё равно как просить акулу стать вегетарианцем.

Костя

После обеда я уже был абсолютно свободен, и шёл домой прикидывая, как лучше провести вечер. В мои мысли вклинился настырный рингтон телефона. Звонила Наташа. Мягко говоря, мне не очень хотелось отвечать ей.