Танец длиною в жизнь

– Да возьму, конечно, – смущённо ответил Андреич, – всё знаю, всё слышал, городок маленький – слухи быстро расходятся. Чем думаешь заняться?

– Я четыре года в отпуске не был, – ответил Михаил, – устал, хочу отдохнуть, поеду к дяде, отдохну на природе, давно зовёт! – Михаил взгрустнул, ведь он обещал дяде вместе со Светланой приехать. Уходя с футбольного поля, он увидел мяч, стоявший на линии штрафной площади, и вспомнил, как в детстве с ребятами били по воротам с этой линии и пытались попасть в «туза», это означало забить гол от перекладины, была примета кто так забьёт – это к удаче, к успеху! Он уже не помнил, кто из ребят дал такое название – «в туза», перекладина, как бы означала горизонтальную линию, а после удара в перекладину траектория мяча олицетворяла собой вертикальную и получалась своеобразная буква «Т», а «Т» значит – Туз!

Он разбежался и пробил, пробил сильно, не «щёчкой», не внутренней и не внешней стороной стопы, а прямым подъёмом, мяч со свистом ударился в перекладину и резко отскочил в ворота.

– Отличный удар! – похвалил Андреич.

– Да! – согласился Михаил, «только странно, в детстве такие удары считались к удаче, а у меня как раз всё наоборот».

Он заскочил в магазин «Рыболов», купил удочку и спиннинг, «небось, всё ещё на деревянные ловит», сколько же лет я у него не был? Лет семь?

С сумкой и с удочками он вышел из автобуса, который тут-же укатил дальше по трассе. А ему теперь в сторону, по лесной дороге километров восемьдесят, может повезёт – какая-нибудь попутка попадётся, ведь возят же им продукты в магазин, да и рейсовый автобус ходит раз в неделю, только вот он не помнил, какой этот день недели.

В случае чего заночую, где-нибудь в лесу, на природе. Внезапно потемнело, он посмотрел на горизонт, приближалась огромная туча, скорее всего будет гроза, «вот только её мне, для полного счастья, и не хватало!» Скрыться от дождя было негде.

***

Уже третий день Вероника находилась запертой в квартире, холодильник был полон продуктов, но есть не хотелось.

Она не могла ни есть, ни спать, в ней кипела злоба, она готова была расстрелять всех обидчиков и даже представила, как они ползают у неё в ногах и просят о пощаде, а она со смехом расстреливает их из автомата. Но что она может им сделать? Ничего. А они в любой момент всё это могут повторить. Вероника снова заплакала, ей даже было стыдно выйти на улицу, было такое ощущение, что все уже об этом знают. Больше всего её поразило, что за всем стоял Володя, её Володя.