На кофейной гуще

Небольшая студия с видом на парк, для начала – самое то. В месяц стоит двадцать, давай просто сразу буду из зарплаты вычитать, чтобы тебе не переводить туда-сюда. Коммуналка, вся ерунда, какая потребуется, это на твоей совести, но если что капитальное, сразу звони, вместе будем думать.

– После московских цен кажется чем-то совсем крошечным. Там я даже комнату бы не нашла.

– Здесь тоже не сказать чтобы прям дешево, туристы разбаловали, хорошее никто не хочет сдавать за поменьше, проще же посуточно, когда спрос есть.

Светлогорск уже совсем ломят, я даже думаю порой, если галерея накроется, просто буду сдавать, на месяц вообще хватит шикарно. Но надеюсь, такого не случится.

– А кто клиенты? Наши, или приезжает кто?

– Самые разные. Москвичей много, но им больше видовые, знаешь, акварель там, море, еще пару камушков прицепить в угол, вообще на ура. Это как раз в Светлом, а в основной, там чего только нет. Недавно было НФТ популярно, делали пару показов с экранами, там в цифре продавать пытались, но быстро сдулось – такой оказался мыльный пузырь.

Я больше сотрудничала, чтобы молодым ребятам место выхода дать. Так и чередуем: интерьерка, которая хорошо идет, потом что-то новое, интересное, но там денег не особо сделаешь. Главное – держать баланс. Порой и диджитал заходит, всегда есть элемент неожиданности.

– Половину этих слов не знаю, если честно. Вот так, новое направление в искусстве, а прошло мимо. Закончилось, не успев начаться для обывателя.

– Там всё просто. Раньше рисовали на холстах, теперь в компьютере.

Открывают программы: синьку там, блендер, кто потолковее – гудини, и делают, что в голову придет – фантастика, животные, всякие милые штуки, на что фантазия есть. В общем, меняется в основном кисть на мышку, а творчество остается практически в чистом виде.

– Удобно. Расширяет возможности. Ты мне прямо мир открываешь.

– Да ладно, – усмехнулась Василиса, – ты просто не умеешь гуглить.

Она потянулась к магнитоле, включила радио, где сразу же заиграло нечто танцевальное, и сосредоточилась на дороге.

В городе они распрощались недалеко от места проживания Ани, почти у музея Янтаря. Хотелось немного пройтись, подышать свежим воздухом, которым были пропитаны улицы после утренней мороси.

– Ты, кстати, знаешь, как называется этот район?

– Мне плохо удается запоминать названия и имена, – вздохнула Аня.

– Марауненхоф. Классно, правда. А где мы встретились, это Амалиенау, но он более попсовый. Хотя тут тоже ерунды хватает.