В дебрях одиночества

А ты притаилась в тиши,

В глубинах прошедших минут.

Прошу, уходить не спеши,

Ведь ангелы сердцем не лгут.

Лирический герой

Вот ножки, ручки, голова —

Мой персонаж почти готов.

Я назову его сперва

Ну, скажем, Петя Иванов.

Такой и эдакий прохвост,

Меланхоличный он поэт,

С обычным телом, средний рост,

Чей друг хваленый Интернет.

Положим, я дорисовал

Его детально, не соврав.

Затем пустил на карнавал,

Он честен был и не слащав.

И вот ходил, и все ходил,

В мечтах любовных утопал,

И оттого безбожно пил

И что-то в рифму все шептал.

Вокруг не те, ответы «нет».

Все ближе, ближе черный лист,

Хотя ему ну двадцать лет,

Он в эти годы реалист.

А дорисую-ка я дождь,

Ведь мало ливневых картин.

Меня бросает снова в дрожь,

Что я героя обделил.

Но что поделать, если так.

И как помочь, мой персонаж?

Умрешь – так скажут что дурак.

Еще б назад тебе пейзаж

Какой-нибудь, где сверху синь

А снизу пусто, только смерть

Без всяких там богов, богинь,

Лишь чернозем и дуба твердь.

Прости, лирический герой,

Я виноват, но так хочу

Забыть и разорвать долой

Рисунок. В рифму прошепчу,

Как ты обычно, как поэт,

Как меланхолик, но мертвец,

Стерев печальный силуэт,

Отправив в пустошь наконец.

Таинственное имя

    А.Г.

Таинственное имя с буквы «А»,

Которому я посвящал поэмы,

Рассеялось, как дымка, навсегда,

Не доказав любовной теоремы.

Трепещущее гнездится в душе,

Нет больше сил тому сопротивляться.

Я чувства заключил в карандаше,

Им на листе придется извиваться.

Опять незримо в будущее зрел

И обожал лирическую слабость.

Не сочинял, не спал, не пил, не ел,

Затем пришла незваная усталость.

Какой масштабный был апофеоз

Прекраснейший, излюбленный до боли.

Теперь в душе осенний коматоз,

Где имя с «А» не в главной роли.

Без тебя

    А.Г.

Жизнь, безлюдство, унынье, тоска.

Помнишь улицу N-ую нашу?

Ты осталась вот здесь, у виска.

Эту осень я сам разукрашу.

Многоцветные древа аллей,

Кареглазые в парке каштаны

Заполняют глаза, но пустей

Остаются на сердце карманы.

Что положено было на дно,

То предательски нагло изъято.

Много «да», многовато и «но».

Понимаю. Спасибо. Не надо.

И какими цветами уют

Выражается в этом обличьи?

Листья падают – это салют

В твою честь твоего безразличья.