Кира

Похоже, он ее кавалер,

заезженными льстивыми фразами

словно манной небесной

ее, заждавшуюся внимания,

осыпает,

из уст математика,

с которым, поскольку мне по пути,

я доехала до «Белорусской»,

ничего подобного я не услышу,

в сексе он очевидно, если не мертвец,

то унылый полутруп,

ехать с ним до «Водного стадиона»

резона мне никакого.

Но на «Белорусской», чтобы идти на переход,

я не вышла,

на «Динамо» тоже, удивляясь себе, не схожу,

с женщинами, он промолвил,

общение у него почему-то не складывается.

Вам, женщинам,

мужчин с огромными средствами подавай?

Вывод из его вопроса простой —

математик он бедный.

Неважное материальное положение

от понравившегося мне мужчины

меня не отвадит,

однако ободранная квартирка

при минимуме сексуальных предчувствий

манить меня не должна.

Конечно, мне бы соскочить,

на «Войковской» с ним попрощаться,

какого лешего я с ним еду,

я и приблизительно в толк не возьму.

Она? Хваленая женская интуиция,

в вагоне с математиком меня обездвижив,

уйти из него не дает?

Он наверняка живет не один,

на его косо поглядывающую на меня мамашу,

налетать стопроцентно я не желаю,

математик, ипсо факто, закомплексован,

прямиком из метро к себе меня не потянет,

чем нам, мне и ему, заняться

у станции «Водный стадион»,

соображение у меня зарождается.

Заглянем в питейное заведение,

согласно всегда смешившим меня правилам,

попытаемся друг друга получше узнать,

ему и вина будет достаточно,

а мне бы в культурных пределах водки,

хорошо, чтобы никого не шокировать,

коньяка,

разобраться с моими чувствами

сильнее обычного

в ненормальном грохоте метрополитена

меня увлекает.

Уделить время распитию

математик не против,

моя инициатива заплатить пополам

отклик у него по отрицательным эмоциям

будто взрыв,

угостить меня в заведении,

вы посмотрите на него,

вознамерился,

разгневался от идеи экономические потери

в равной степени понести.