Мой Томский перекрёсток. Спасительный круг. Стихи, песни, поэмы, воспоминания

Все звуки замирают по ночи,

и даже обостряется внимание,

Когда на пару с женским обаянием,

твоя гитара трепетно звучит.

О песне можно спорить. Но зачем?

когда душа поёт – оставьте споры.

Уже не перепутаешь ни с чем,

те образы народного фольклора.

Мы любим всех, мы даже помним всё,

пьяны мы нашей юностью босою,

а если от костров несёт попсою,

пускай несёт, быть может, пронесёт.

Да, в песне тоже возникает НЭП,

ты просто не чеши в сомненьях репу.

И вот уже на сцену вышел рэп,

точнее вышел, нет, не бард, а рэпер.

Не мучайтесь вопросом – «Ху из ху»?

Что тут гадать на картах или кофе?

Играть и петь без всяких философий —

вот вам ответ, который на слуху!

Друзья мои, прекрасен наш союз,

разнообразьем жанров заряжая:

Бард-рок, бард-джаз и даже бардоблюз

звучат, воображенье поражая.

Тем более звучат на голоса,

не просто там хрипенье и сопение.

Освоить это горловое пение,

хоть для прикола, ты попробуй сам.

У нашей песни вовсе нет границ,

мы верность ей годами проверяем,

За счёт известных и не очень лиц

границы фестивалей расширяя!

    V фестиваль АП «Томский Перекрёсток», 2007

Эхо V фестиваля "Томский перекрёсток"

Начав с нуля, тянуть 5 лет – а ну, сумей-ка,

и обе сцены были просто хороши.

Не только остров обустроили Семейкин,

но и напелись, наобщались от души.

Быть иль не быть? Такой вопрос не задавали,

нам места лучшего под Томском не найти.

Настолько громким было Эхо фестиваля,

что через месяц долетело на Бахтин.

Не все сюда смогли прийти, конечно, жалко,

но лиц знакомых очень много узнаю.

Лишь Костя Мыльцев вдруг уехал на рыбалку,

нет, не на слёт, где песни пели – на свою.

И этот зал нам было сделать так не просто,

но всё кипело в наших творческих руках,

чтоб фестиваль с названием «Томский перекресток»

подвёл итог в своём, в подаренном ДК.

    август 2007

«Исписаны истории страницы…»

Исписаны истории страницы,

писать свою, пожалуй, ни к чему.

У нас есть две российские столицы,

доселе непонятные уму.

Санкт-Петербург! Москва! И нет вопросов,

чего б не сочиняли вглубь и вширь.

Но как был прав Михайло Ломоносов,

по высшей мерке оценив Сибирь.

Не страшен здесь не бог, не царь, не пристав.

и вольница казачья – не беда.

Совсем не зря же жены декабристов

во все века стремилися сюда.