Волк среди волков

 – Неудача мне нынче во всем, теперь еще придется, чего доброго, купить ей платье, чтобы с ней развязаться!

– Купить платье! – сказала презрительно Ида. – Дурость одежей не прикроешь, фрау Туман. Вы скажите ближайшему полицейскому, что, мол, так и так… живет у нас такая в доме… то да се, понимаете… надувательство. Ее живехонько отведут в участок и засадят в Алекс. Они там что-нибудь на вас наденут, фройляйн, будьте уверены – синий халат и платок на голову, поняли?

– Нечего вам меня пугать, – сказала Петра миролюбиво, но слабым голоском.

Иде стало нечем дышать, словно кто крепко саданул ее со всей силы в грудь.

– Ага, влетело тебе, девочка! – захихикала Туманша.

– Не однажды, фройляйн? – сказала, наконец, Ида, повышая голос. – Не однажды, сказали вы?! Сотни раз, вот как вы должны были сказать! Сотни раз бывало, что я стою под часами на площади, и стрелка себе идет и идет; уже и ноги стали как ледышки, и колени отнялись, а я, дура несчастная, никак не соображу, что подлец опять променял меня на другую! Однако же, – перешла она от грустных воспоминаний к атаке, – это вовсе не значит, что девчонка, которой в день ее свадьбы нечего на себя надеть, может передо мной задаваться! Девчонка, которая жадными глазами готова вырвать у меня крендель изо рта и считает глотки, когда я пью кофе.

– Здорово отделала, здорово! – радовалась Туманша.

– Да и вообще! Разве это дело для приличной девушки, чтоб она в таком стесненном положении приходила, задравши нос, на чужую кухню и спрашивала точно графиня Знайтенас: «Не могу ли я вам помочь?!» У кого нет ничего за душой, тот должен просить милостыню, это еще мой отец прописал мне палкой на горбу, и если бы ты просто сказала: «Ида, я подыхаю с голоду, дай кренделек», – ты бы давно получила! Да и вы, фрау Туман!.