Кукла с приданным

Мне ничего не оставалось, как ангажировать Софью; мы немного поругались на танцевальном пятачке, потом подошел Сонькин бой-френд с Ириной, отбил у меня свою сожительницу, а Ирочка вдруг прижалась и заявила, что хочет на воздух.

Мы вышли на обзорную площадку. Был прекрасный летний вечер. Далеко внизу проплывали светящиеся червяки автобусов и троллейбусов; с неба сияли головокружительно крупные звёзды; все вокруг было пропитано величием и прелестью Вселенной, прохладой бархатной ночи; и мы дружно пришли к мысли, что в такой вечер нельзя не целоваться.

Минут пятнадцать мы невиннейше обсасывали друг другу губища, потом нас спугнул какой-то алкаш, вышедший порыгать и просморкаться.

Ирочка сразу засмущалась и попросилась обратно в зал; еще от дверей я заметил, что Элла сидит с неестественно прямой спиной и старается не смотреть в нашу сторону. К счастью, по дороге мы оказались возле стола каких-то моих друзей и здесь и задержались; стула для Ирочки не хватило, и ей пришлось пить шампань, сидя у меня на коленях.

Минут пять мы перебрасывались фразами типа «А ты как?» «А ты где сейчас?» – пока Сонька не догадалась прислать за Ириной вундеркинда и отправить своего долговязого бой-френда выгуливать по танцполу злобно-индифферентную Эллку.

Прикинув, что во время скачек на пятачке Александровна растрясет заряд эмоций, осмелел, подобрался к нашему столу и допил на брудершафт с Соней остававшиеся в графине 150 гр.

водки.

Кабацкий угар догорал. Было жарко и душно. В зале потихоньку гасили свет; за окнами неторопливо проплывали голубые мерцающие огни кареты для особо пьяных; мы сказали друг другу о том, как чудесно провели вечер, и потянулись к выходу.

Ночной город ждал нас свежестью, лимонно-тыквенным светом фонарей, черными пятнами окон многоэтажек и тоскливо провисшими линиями троллейбусных проводов.

Эллочка нежнейшим образом распрощалась с Софкой и ее верзилой, а также с Ирочкой и вундеркиндом, и едва те повернулись к нам спиной, с такой прытью рванула в противоположную сторону, что я и не подумал догонять. Как и следовало ожидать, через двадцать шагов у нее подвернулся каблук, и Эллка с криком раненой чайки рухнула на асфальт.