Бумажный ветер

Его и без того обветшалый дом, после смерти хозяина, и вовсе погрузился в запустение, начав постепенно разрушаться. Наследников на него не нашлось, и поэтому дом перешел под ответственность муниципалитета. Сперва его хотели снести, к чему собственно и приступили. Но вышедшая поправка к закону обязала провести повторный поиск наследников, поэтому снос дома был приостановлен. Именно тогда Джек и нашел растение. Также, Драфтсманы и Эдвардсы, для полной очистки совести, уточнили всё, что могли, по найденным в конечном итоге родственникам мистера Такера.

Но это тоже не дало особого результата – его родная сестра и её сын, единственные возможные наследники, к тому моменту, тоже уже скончались.

Четверо друзей огорчились безрезультатностью этих поисков. Они совсем не имели желания присваивать лишь себе открытие растения! А самое главное – они надеялись выяснить, что это за семена, и откуда они взялись у мистера Такера. Из каких растений селекционировали Charta venti? И есть ли ещё какие-то свойства, которые они пока не нашли?

Но мистер Такер навсегда забрал с собой ответы на эти вопросы, вынуждая друзей продолжать изучать растение и, изворачиваясь от неудобных вопросов, придумывать легенды о его получении для особо любопытных лиц.

Также, ещё до поступления Морфомопоксида в массовое производство, друзья, получив информацию о том, что мистера Такера давно нет в живых, приняли решение переименовать вещество в память о нём, и дали ему новое название – Такерит…

В 1970 – 1971 годах значительные изменения претерпел не только весь мир, который как раз переживал пик популярности Charta venti, но и их семьи.

18 октября 1970 года у Миранды и Джека родился единственный и любимый сын, Джеймс Дилан. А 11 декабря 1971 года у Эдвардсов родилась вторая дочь, Холли, получившая своё имя очень необычным образом…

Несмотря на свою начитанность и обширные познания, Ронда и Эллиот попадали в тупик, когда дело касалось выбора имен.

Однако, как и в прошлый раз, каждый из них выбрал одно, и теперь настаивал на своём, не желая уступать другому. Поняв, что сами ничего так и не решат, они попросили друзей рассудить этот спор.

– Я хочу, чтобы мы назвали её Сьюзен! – настаивала Ронда, строго глядя на мужа.

Её черные волосы покачивались, когда она переводила взгляд то на него, то на друзей, а зелёные глаза горели ярким огнём.