Вера и рыцарь ее сердца. Роман в 6 книгах. Том 3

Догоняя носильщика, она заметила одинокую фигуру Катюши – та стояла в облаке паровозного пара у привокзального киоска, как бездомная попрошайка, её толкали проходящие мимо пассажиры, а она этого не замечала.

Казалось, что девочка совершила прыжок во времени и неожиданно очутилась в незнакомом будущем, а теперь собирается с духом, чтобы начать жизнь сначала. Катя по-воровски курила сигарету, судорожно выпуская дым в морозный воздух столицы.

Так курят люди с опустошённой душой, перед тем, как им опуститься на самое дно, которое, по Горькому, не имело выхода к нормальной жизни.

Вера читала Горького, но такая участь не должна была случиться с её дочерью. В этот момент, впервые за последние годы, она жалела не столько себя, сколько свою непутёвую гордую девочку, и в душу прокрались сомнения, а поймёт ли Катюша её, свою маму, хоть когда-нибудь? Поддаваться подобным размышлениям можно тогда, когда есть на это время, а не преследуя носильщика. Пробегая мимо дочери, Вера приказала следовать за ней и бросить немедленно сигарету, но Катя даже не повернулась в её сторону.

Когда носильщик выгрузил вещи у камеры хранения и ушёл восвояси, довольный щедростью хозяйки, Вера сдала четыре сумки на хранение и отправилась за Катей. Та стояла на прежнем месте, возле ярко-зелёного киоска, торгующего пивом и пирожками. Изношенная курточка и взгляд слепого человека вызывали к ней жалость прохожих, но пожалеть её могла только она, мама, остальным было на неё наплевать.

Может быть, этот киоск представлялся Кате надёжной опорой на пути к взрослой жизни, но он был просто торговой точкой. Странно, но именно этот вид дочери, с опущенными плечами и потухшим взглядом, придавал Вере силы самой не упасть духом.

– Катюша, мы сейчас… вдвоём… пойдём в кассу, нам надо взять билеты на Калининград и перейти на другой вокзал.

Девочка отвернулась и продолжала угрюмо молчать.

– Катюша, курение не поможет тебе начать жизнь на новом месте. Надо учиться строить жизнь даже на чужой территории.

Андрюшино, всё, что было прежде, осталось в прошлом. Надо двигаться вперёд! В Калининграде нас ждёт другая жизнь, более цивилизованная.

Опять скорбное молчание. Катя медленно опустила свой взгляд на грязный перрон.

– Катя, прекрати надо мной издеваться!

– Отстань!

Но Вера сдаваться не привыкла, право решать судьбу дочери было дано ей по закону.

– Катюша, я знаю, что тебе трудно, но и мне нелегко.