Проверка на прочность

Кому интересно держать неудобного человека в штате? На ее место быстро найдется другой, никто даже не заметит и не вспомнит о том, что здесь когда-то работала какая-то Лиза Груздева.

– У нас не так много времени, пиши по собственному, забирай деньги и уходи, – холодно отчеканил директор, скрестив руки на груди.

В этот момент в груди словно что-то перевернулось. Буря, что разрасталась в душе, рвалась наружу, и Лиза бросила взгляд, полный презрения, в сторону двух людей, возомнивших себя непонятно кем.

– Нет, я не стану писать по собственному, увольняйте по статье и выплачивайте всю сумму, как полагается.

Бухгалтер перевела красноречивый взгляд на директора, а тот нахмурил брови, явно не ожидавший от тихой Лизы сопротивления.

Смущение двух взрослых добавило девушке храбрости. Выпрямив спину и подняв голову, она смотрела то на одного, то на другого без капли страха в глазах.

– Тамара, увольняй по статье, – недолго думая, распорядился Вячеслав Дмитриевич и, бросив хитрый взгляд на девушку, добавил, – я тебе такую характеристику напишу, не отмоешься.

Лизе сейчас было все равно, она хотела уйти победителем. С характеристикой или без нее – плевать. Она не стала прогибаться и сейчас не станет, будет топить до конца, а потом, дома, как следует поплачет. Нужно было немного потерпеть.

– Возьми деньги и справки, – обратилась бухгалтер к девушке, – за характеристикой зайдешь к директору через пятнадцать минут. Пока можешь сдать форму.

Лиза сжала купюры в руке и вышла из кабинета, направляясь в раздевалку для персонала.

Нет, этот день уже не может быть хуже, она была уверена в этом. В какой момент ее жизнь пошла не просто по наклонной, а покатилась в глубокую бездонную яму?

Судорожно и с ненавистью сняв рубашку, Лиза швырнула ее посильнее в стену. Перед глазами поплыли круги, хотелось что-нибудь разбить, было бы прекрасно, если предметом побоев станет наглое выражение лица Виктории. Лиза трясла руками, заламывала ладони, вымеряя каморку размашистыми шагами. Она понимала, что теперь ей негде будет брать деньги, а еще она понимала, что в этом огромном мире она – пыль.

Просто ничто. Глубокие вдохи вот-вот перейдут во всхлипы, в беспомощные, жалкие всхлипы.

В попытке привести себя в чувство Лиза села на стул и потрогала горячие щеки. Она совершенно не хотела в заплаканном виде или на грани срыва идти в кабинет директора за паршивой характеристикой. Пластиковый стакан воды из кулера привел мысли в порядок, жжение в ребрах прекратилось.