Блюз в ночи

Татьяна Игольникова со своей матерью настолько похожи, что сомнений быть не может: ее не удочеряли.

– Ладно, папа, не расстраивайся, у нас же остался еще один вариант. Я уверена, мы найдем Свету.

Они увлеченно беседовали о своих делах, а я, как дура, плелась сзади, не зная, уходить мне, или мы будем еще работать с Александром. Александр, словно прочитав мои мысли, остановился, пропустив нас с Тамарой вперед. Я незаметно рассматриваю ее. Она чуть ниже меня ростом, яркая брюнетка с хорошей фигурой. Александр сказал, что ей тридцать один год.

Выглядит она моложе своих лет, все дело в фигуре. Была бы она расплывшаяся, как квашня, то смотрелась бы старше. Мне почему-то хочется, чтобы она была квашней.

Я демонстративно сажусь за компьютер, начинаю работать над текстом. Тамара по-хозяйски сбрасывает туфли и устраивается с ногами на диване.

– Зато теперь я смогу приехать в Отрадное хоть завтра. Только хочу предупредить, моя помощница Наташа поедет со мной.

– Зачем?

– Буду на лоне природы писать свои мемуары и сочетать приятное с полезным.

Соскучился по мальчишкам.

– Тебе виднее, поступай, как тебе удобно. Я всегда тебе рада, и твоим гостям тоже. Пожалуй, пойду, не буду Вам мешать. Я приехала на работу, чтобы оформить второй отпуск. Специально оставляла две недели для тебя, так что теперь до самого твоего отъезда я буду с тобой.

Тамара, окинув меня напоследок холодным взглядом, гордо выплывает из комнаты.

Александр спрашивает меня:

– Вы могли бы рассказать о своей первой любви?

– Могла бы.

Мне кажется, это было так давно и не со мной.

– А мне трудно. Груз прожитых лет не притемнил и не оттеснил вглубь моей памяти ту мою семнадцатую весну, когда я был безмерно счастлив.

Я учился на первом курсе консерватории, когда познакомился с Майей. В тот год была удивительно ранняя весна. В начале мая стояли по-летнему теплые дни. Свежая молоденькая травка радовала глаз нежной зеленью. Деревья еще не распустились. Но на тополях уже проклевывались листочки.

Казалось, сам воздух пьянил и толкал на безрассудства. Отмечали день рождения Виктора, моего друга. Его мать уехала к родственникам в деревню сажать картошку, предоставив нам с полное распоряжение свою квартиру в полуподвале.

Окончив школу, я почувствовал себя совсем взрослым, мне разонравилось мое детское имя Алик, я стал везде называться полным именем – Александр. Это понравилось и моему другу, он тоже стал Виктором – и никак иначе.