Дочь погибших альпинистов

Она только присела к компьютеру, как зазвонил телефон. «Андрей, соскучился», – подумала она. Но звонила Юля.

– Марина, ты не могла бы взяться за одно дело? – без предисловий спросила она.

– Какое дело?

– Моя подруга хочет посоветоваться с тобой. Ты можешь выслушать её? Мы можем прямо сейчас подъехать?

– Хорошо, я дома, приезжайте. А что за подруга?

– Катя Малежина.

– Катя Малежина?!

– Помнишь, мы с ней вместе снимались в сериале «Девушка ниоткуда»?

– Послушай, Юля, может быть ей лучше к профессионалам обратиться?

– Нет, дело тонкое, она не хочет огласки.

Марина кругами ходила по комнате. Зря она согласилась! Кто не знает нынче Катю Малежину? Нет более или менее значимого фильма, в котором бы она не снималась. Самая популярная актриса на сегодняшний день. Марина вспомнила несколько фильмов с её участием. На взгляд Марины, актриса очень даже талантлива. Но скандалов в светской хронике с её именем еще больше, чем фильмов. «Но я же могу отказаться», – утешала себя Марина.

 – «Выслушать – выслушаю, а затем откажусь. Я не обязана браться за то, что мне не нравится, да и ребенок у меня маленький. Откажусь».

Катю Малежину Марина не узнала. На экране она всегда была яркая, красивая. Катя приехала в скромном летнем платье, без украшений. Золотисто-каштановые волосы собраны в простой узел на затылке, и черные очки на пол-лица. В комнате она сняла очки, под которыми прятались живые карие глаза. Без косметики она смотрелась старше, но Марина почувствовала к ней симпатию.

Катя волновалась, она сидела напротив Марины, и нервно сжимала свои длинные пальцы. «Маникюр идеальный. Никаких резких духов, легкий приятный аромат, скорее всего – питательный крем», – отметила про себя Марина.

– Я регулярно читаю ваш журнал «Кредо», мне нравится его стиль. С удовольствием читаю ваши статьи, и знаю о ваших расследованиях. Поэтому решила обратиться к вам за помощью.

– Давайте, перейдем к делу, – предложила Марина.

– Дело в том, что я – приемный ребёнок.

Мои родители удочерили меня, когда мне было около четырех лет. Я не помню свою жизнь в детском доме, и всегда считала, что они мои настоящие родители.

Катя говорила сбивчиво и нервно сжимала и разжимала пальцы, смотрела в сторону, в окно.

– Не волнуйтесь! Может, сок выпьете?

– Нет, я лучше продолжу. Я узнала о факте удочерения, будучи взрослой, совершенно случайно. Так сложилось, что мой приемный отец воспитывал меня один.