Любовь, психоз и просветление

Нарыла в морозилке маринованные крылышки, разморозила, кинула на сковородку. Подгорели, суки. Почистила картошку, добавила к крыльям, потушила. Вроде съедобно.

Женя пришел с работы. Я неловко поздоровалась и предложила поужинать. Мы сели, как раньше, и тут меня накрыло. Чтобы не разреветься я выбежала из кухни со своей тарелкой и спряталась в комнате. В итоге все-таки разревелась – слезы, сопли…

Женя ушел по делам, осознав свою беспомощность и неспособность повлиять на мое состояние. Я осталась оплакивать нашу любовь.

Внутри меня истошно вопил котенок, которого оторвали от мамы-кошки.

Ревела я недолго, примерно полчаса. Наревелась. И, о чудо, мне вовсе не хочется сладострастной свободы. Хочу под крылышко, обнимашки и все прелести любви…

Кажется, это что-то биполярное на психиатрическом…

Любовный треугольник

Недавно мне снился сон: в главных ролях я, мой психолог и его беременная жена. За этим треугольником молчаливо наблюдал Женя. В реальности мне кажется, что психолог гей, но разыгравшееся в ночи воображение «женило» его на рыжеволосой девушке.

Девушку звали Люся или Катя, точно не помню, но помню ее дружелюбное отношение ко мне. Эта Люся-Катя воплощала эталон нежной женственности и милосердия.

Мой психолог Виктор олицетворял свободу на грани безумия. В жизни, Виктор разрешает себе все и даже больше. Высокий красивый мужчина с гладко выбритой головой и трудно определимым возрастом. Думаю, он сидит на каких-то мощных препаратах или грибах. Иначе откуда такое блаженство и жизнелюбие?

Выяснить причины блаженства Виктора мне не удалось, поскольку наша терапия завершилась внезапно.

Последний сеанс привел меня к глубокой клинической депрессии. Точнее, стал катализатором давно процветающего внутреннего конфликта.

Виктор в моем сне вызывал сексуальный интерес – очень хотелось слиться с олицетворяемой им бескомпромиссной свободой. Слиться также хотелось с его беременной женой. Женя терпеливо наблюдал за этим странным треугольником и лишь изредка вздыхал. В его глазах отражались терпение, принятие и отчаяние, а также какая-то странная необоснованная любовь ко мне.

«Аня, добрый день. Как ты?» – клацнул мессенджер. Это был Виктор. Не знаю, как он почувствовал, что прямо сейчас я пишу о нём.

– Блядь, – пронеслось в голове, я на миг зависла.

После финальной консультации я выпала не только из терапии, но вообще из жизни. Пришлось обращаться за помощью психиатру и медикаментам, потому что нервная система развалилась к хуям.