Спецэффект. Сборник короткой прозы

Это твой день, и мы никому его в обиду не дадим, поняла?!

Тане показалось, что вместе с ее праздником, Света защищала и что-то очень важное для самой себя.

Таня выбрала самое простое платье: белое, прямое, полуспортивное. Света настояла взять к нему белые кеды. На удивление, вместе с пальто цвета кэмел все это смотрелось не так уж плохо. Как будто Таня правда шла в ЗАГС, но по дороге решила заскочить за хлебом.

– Ты все равно какая-то печальная, – озадаченно констатировала Света.

– Надо родителям позвонить.

На самом деле, это было самое тяжелое. Позвонить, чтобы рассказать, что они еще в Грузии. Позвонить, чтобы сказать про свадьбу (а свадьба ли это?). Чтобы сказать, что родители эту свадьбу (процедуру?) не увидят. А ведь Таня еще даже ни разу не обсуждала с родителями новости. И, кстати, Женю с ними не знакомила.

Да, это было самое сложное.

– В смысле? Что? Вы где?! – кажется, мама сделала вид, что ничего не расслышала.

– Мам, это чтобы Женю не призвали. Побудем здесь, пока не уляжется.

– Что не уляжется?

– Мам, ну ты же понимаешь.

– Нет, не понимаю. Бросьте вы. Сейчас они там передоговорятся и все будет хорошо. Подумаешь, опять большие дяди мир делят. Мы с отцом в девяностые и не такое видели.

– Ну в общем, мы решили, что так будет лучше…

В трубке послышался язвительный смешок. Таня решила думать, что ослышалась.

– И мам, мы с Женей хотим пожениться.

– Что? С каким Женей?

– Ну мой парень, Женя.

– Ты что там придумала, а? Вы что там, совсем с ума сошли?!

– Мам, тут просто за один день все делают, а дома надо месяц ждать.

– Да что вы там читаете?! Что за паника?! Это же на всю жизнь!

– Мама, не переживай, мы потом дома… Когда все уляжется… Сделаем праздник для вас.

– Отцу сама все будешь рассказывать.

Повисла пауза. Таня молила, чтобы связь оборвалась: чтобы сломался интернет, чтобы кончились деньги на мобильном – что угодно.

– Да уж… Я такого от своей дочери не ожидала. Видимо… Видимо мы с отцом плохо тебя воспитали.

Это было слишком. К Таниным глазам подступили слезы. Такие же, как у Светы: тяжелые, мокрые. Она стояла в белом платье, в белых (ни разу еще не надетых) кедах, в пустой комнате и плакала, чувствуя, как опухают веки и плывет собственное изображение в высоком зеркале.

– Ну ладно, что… Вы другое поколение… Дурное, не пуганое… Я тоже в твоем возрасте боялась. Ладно.