Операция души

Самое неприятное в этой истории с Притыкиной было то, что супруга Славика считала себя героиней, защищающей мир от тупых недоделанных уродов, и была настолько самодовольной, что сочла нужным похвастаться своим подвигом перед мужем. Славика же эта история сильно покоробила. Он считал, что ни в чем эта Притыкина не виновата. Просто она – такая, и никогда не нужно никого переделывать помимо его воли. И, кроме того, никогда Славик еще не чувствовал себя так свободно, как с той, другой женщиной. Ему казалось, что в свои 39 он только начинает жить – как будто он всю жизнь дышал вполсилы из-за какого-то странного стеснения в грудной клетке и даже не подозревал, что можно дышать по-другому.

А потом это стеснение исчезло, и он вдруг задышал и понял, что так и надо жить, а жить по-другому и дышать вполсилы просто нет смысла. Эту разницу в поведении, виде, взгляде Славика и уловила его жена. Ей не надо было знать подробности, они были делом техники. Она просто ПОЧУВСТВОВАЛА, и этого было достаточно.

Просто так отдавать мужа какой-то наглой, зарвавшейся выскочке она не собиралась. В конце концов, так даже интереснее и задорнее – когда есть возможность побороться и помериться силами. Да и зачем отдавать? Ей ведь тоже было с ним легко и удобно. Она привыкла к нему, как привыкаешь к знакомому и уютному звуку кипящего чайника на кухне. А когда человек лишается чего-то привычного, то испытывает очень сильный дискомфорт.

План действий сложился сам собой, она мысленно составила его на одном дыхании.

Не будет никаких слез, выяснения отношений, упреков и истерик. Все это пошло и несовременно. Это только оттолкнет Славика и будет на руку его бабе. Все встанет на свои места совсем другим образом.

***

Славик вышел из дома. Было приятное летнее утро, когда на душе делается легко и игриво как в детстве, когда ты знаешь, что это – всего лишь одно июньское утро из многих, а впереди еще все лето, полное отдыха и забав.

Для жены он уехал в короткую двухдневную командировку, и мысли о двух днях за городом с Маринкой окрыляли его. Ему хотелось сделать какую-нибудь милую глупость – например, подпрыгнуть и сорвать ветку с дерева, показать язык гулявшему рядом с домом мальчишке или прямо сейчас купить в круглосуточном магазине самое простое, недорогое мороженое в вафельном стаканчике и тут же съесть его, ляпнув пятно на рубашку. Ему было важно лишь то, что было СЕЙЧАС.