Судьба

Душа наполнена теплом…

Картинку, той далёкой деревеньки.

Сейчас улыбка, на моём лице…

Я чётко вижу, мальчик очень счастлив,

День впереди и радость в том мальце.

Ещё немного, будет в первом классе.

За этот очень долгий жаркий день,

Всего им можно, много переделать:

Играть в футбол и прятаться не лень,

С обрыва прыгать в речку, очень смело.

Им кажется, что вечность впереди,

Прекрасный день и мальчик тот реален.

Там будущего нет, его не жди,

И мир вокруг приветлив и глобален.

Но мальчик в прошлом, в будущем же

нет,

Отчетлив, вижу мне не оторваться.

В руках он держит призрачный билет,

Где поворот судьбы, в его пятнадцать.

Лишь в памяти моей, живу я так,

Кадет, курсант и ей не оборваться.

За пятьдесят, тому мальцу – чужак,

С судьбой своей пытаюсь разобраться.

Я счастлив в жизни, не о чем жалеть,

Но, в общем, всё же есть закономерность.

Её хочу поглубже рассмотреть,

Судьбы и мира вижу многомерность.

III.

Где поворот судьбы, за ним черта,

Её переступил и жизнь другая.

Остаться в прошлом – это суета,

Как точку, не заменит запятая.

Внезапный, в неизвестное толчок,

Ты стал другим и внутренне, и внешне.

Тобой усвоен, жизненный урок,

В таких делах, потери неизбежны.

Ты сделал вывод, понял в чём-то суть,

И с ней бывает трудно примириться.

Ты принял и продолжил дальше путь,

Мальчонка в прошлом и родные лица.

А если к встрече с новым не готов,

Теряешь цель свою и смысл жизни.

Вопросов много и ненужных слов,

Там пустота, ребёнок ты капризный.

Но если это принял человек,

То больше ничего уже нестрашно.

Построил для души своей ковчег,

И понял, что прожил здесь не напрасно!

Для совершенства, два всего пути,

Один как шок, из внешних обстоятельств.

Чтоб веру и надежду обрести,

Приблизит он без всяких обязательств.

Другой внутри, большой душевный труд,

Одно из самых трудных испытаний,

Не выдержал и ждёт великий суд,

И жизнь погрязнет в смерти ожиданий…

Мне было тяжело, просил Тебя,

Молился под иконой Албазинской.

Явилась, я лежал – ещё не спал,

Объяв меня любовью материнской.

Вся в белом, свет струился при луне,

Передо мной стояла Богоматерь.

Теплом, заполнив мир и всё во мне,

Так кораблю, открылся вдруг фарватер.

Рукой ведя, тогда сказала, – Верь!

Дотронулась лица, души коснулась.