Золотой Гульден

 – Что ты там намешал, негодник, что ты влил в чан, признавайся?!

То, что вылетало и вылезало из-под крышки алхимического чана, было похоже сразу на все гадкое и противное, что только можно себе представить – на гигантских зеленых жаб, жирных мух и назойливых слепней. Даниэль постарался глубже забиться в тень и спрятаться за толстые портьеры. От мысли, что его заденут крылья и липкие лапки этих созданий, ему становилось не по себе.

– Ой, одна укусила меня за палец! – захныкал тот, кого звали Генрих. – Я боюсь!

– Мерзкие, назойливые твари! – кричал старик.

 – А какая от них вонь! Пошли прочь, исчадия ада! Генрих, ты заслуживаешь наказание за свое непослушание и самонадеянность! Но что с ними делать! Они уничтожат результаты всех моих опытов!

Даниэль с волнением следил за всем происходящим, боясь пропустить хоть что-нибудь. Шутка ли – попасть в средневековье! Кому расскажешь – не поверят! В свете свечей он разглядел большую комнату, где происходили странные события. Это была настоящая лаборатория древнего алхимика! На огромном столе черного дерева высились разнообразные емкости – стеклянные колбы и колбочки, оловянные кружки и чашки, медные мерники, сосуды большие и малые, от которых в разные стороны уходили стеклянные трубки, реторты самой разной толщины.

В углу стоял скелет, а на полках несколько черепов. Множество стеклянных и металлических труб и трубочек переходили одна в другую, соединяя диковинные сосуды. В большом медном чане что-то бурлило, булькала и шипела жидкость вязкой субстанции, издавая острый химический запах. От нее исходил непонятный отблеск, и этот отблеск падал на крылья существ, которые поднимались к потолку вместе с паром, обретая по пути омерзительную плоть и форму.

Даниэль разглядел старика, а это был и вправду почтенный старик. Он был одет в длинный халат, подбитый меховой оторочкой, а на голове носил маленькую бархатную шапочку, из-под которой спадали седые пряди волос. У него была длинная белая борода, длинные по плечам седые волосы, а из-под седых бровей сверкали умные пронзительные глаза.

Сейчас он размахивал руками, пытаясь разогнать полчища летающих тварей, но это было не так-то просто.

– Учитель, я больше не буду своевольничать! – хныкал тот, кого называли Генрих, забравшись от страха под стол. – Мне просто хотелось вам доказать, что я что-то могу!

– Ты уже все доказал! Что ни на что не годен и тебя надо гнать из моей лаборатории, пока не натворил еще больших бед.