Золотой Гульден

И это – закон жизни! И не тебе, бездельник, его переписывать! Если все измерять не золотом, а добрыми делами – конец власти денег! Тогда невозможно будет управлять толпой! Ты, глупец, своими баснями развращаешь людей. Но запомни: мне с моими деньгами доступно все и с ними я открою любые двери!

– Если это так, почему бы вам не выбраться наружу без моей помощи? – усмехнувшись, заметил Даниэль, которому совершенно не хотелось общаться с этим чрезвычайно хитрым и ужасно лживым человеком.

 – Даже если бы я смог, я бы не стал вас выручать. Никакой вы не «великий» ученый и я слышал, как вы унижали старика-алхимика. Вы – самозванец и вор! И правильно сделали рыцари, что окунули вас в чан с золотом! Я бы тоже так сделал.

– Ах ты, негодяй из будущего! – зашипел Гульден. – Дай мне только выйти наружу! Я превращу тебя в огромную зеленую мерзкую жабу. Жалкий нищий музыкантишка, неудачник! Тебе дают шанс, а ты по недомыслию не можешь понять, как тебе повезло!.

.

Видя, что на Даниэля его слова не действуют, он опять стал канючить:

– Прости меня, товарищ по несчастью, прости, сорвался я… Нервы не выдержали… Ну, пожалуйста, прошу тебя. Мы же с тобой в одинаковом положении. Мы оба в беде и должны помогать друг другу. Поодиночке нам не спастись. Я вот, что думаю… Сейчас эти дураки-рыцари напьются, заснут, и у нас появится возможность бежать! Давай, используем эту возможность вместе! Ну, решайся!

– Пленники, молчать! – раздался сверху зычный голос, и тяжелый хлыст опустился на спины Гульдена и Даниэля.

 – За каждое слово – удар плети! Вот, я вас!

Гульден взвизгнул:

– Это не я, это все музыкантишка! Обзывает вас дураками! Я вообще молчу!

– Авотинашлюбимыйпогребок!—радостновскричалтолстякЛамбредот.

– Герберт,Ламбредот,втрактирномподвалеестьстарыйвысохшийколодец.Скинутьтудаобоих!..

Ну вот и раскрыл ты свою гнусную сущность, подумал Даниэль.

Лгун и вор. Как чужое брать и обижать старика, так он первый. А как ответ держать, так «я молчу»! Эх, нет со мною Клавса, он бы тут всем показал! Только он это подумал, как повозка дернулась и остановилась.

– А вот и наш любимый погребок! – радостно вскричал толстяк Ламбредот. Похлопав по своей пустой баклажке, он выразительно потер рукой живот, чем сильно развеселил рыцарей.