Золотой Гульден

Что будет с моей лабораторией, с моими опытами, если я не найду дорогу назад? Одну воронку времени я обнаружил в трубе моего дома, через которую, как я понял, вы сюда и попали. Она растворяется рано-рано утром…

Даниэль вспомнил – да, было утро, когда он полез в трубу дома Мен- цендорфа!

– А вторая – в старом колодце трактира, трактира…

– «Розенграль»? – подсказала Анна.

– Да, да, именно там! Воронка открывается за несколько минут до наступления полуночи, а закрывается с последним ударом башенных часов Домского собора.

Если Гульден там, то с помощью Магического кристалла он мог очутиться где угодно и, преодолев любое пространство, попасть в какое угодно время. И натворить там множество бед. Сжечь лучом моего кристалла огромный город, поработить его жителей, лишив их навсегда памяти…

– Памяти! – пискнул Мякиш. – Ого!

– О, Матерь Божья, у меня началась галлюцинация! – простонал старик-алхимик, увидев его. – Говорящая булка? Боюсь, от заточения в темном и холодном подвале я повредился в рассудке.

Может быть, мне надо срочно принять бром и пустить себе кровь?

– Господин ученый, не надо пить бром и пускать кровь! – попытался успокоить старика Скрипач. – Эта «галлюцинация», как вы говорите, – всего-навсего тролль по имени Мякиш!

– Галлюцинацию мы видели в вашей лаборатории! – подхватил Миш- ка Ухты. – Когда ваш ученик Гульден стал золотого цвета!

– Еще один тролль! – воскликнул старый алхимик. – Снова галлюци- нация!

– Ну, какая же галлюцинация!– обиделся за друга Фредди .

– Он впол- не живой! Можете его потрогать!

– Третий тролль! – ахнул старик-алхимик.

–А вашему Гульдену пришлось несладко. Рыцари схватили его за руки и за ноги и – на раз-два-три! – обмакнули с головой в чане с жидким золотом!

– Как это обмакнули?! – воскликнул старик. – С головой в алхимическое золото, приготовленное для моих опытов? И он остался жив?

– Он стал золотым-золотым, – подал голос Гималай. – Как слиток.

Но – почему-то живой.

– Только глаза у него теперь золотые-золотые! – добавил Фредди. – Какой-то клоун в цирке! Представляете?

– А мне больше нравятся мистерии, чем цирк, – сказала Анна. Алхимик уже не считал троллей, а тяжело задумался. И думал так долго, что всем показалось, что старик просто взял и уснул. Даниэль покашлял, чтобы напомнить о себе. Только тогда старик вернулся со своими тягостными мыслями в лабораторию.

– Я все помню и все слышу! – сказал он.