Ненависть дождя

Привычка заботиться о сестре при переходе улицы и на транспорте осталась у Марины с семи лет. Она была намного крупнее невысокой Маши и в первом классе сама забирала сестру из детского сада домой, когда мама – участковый педиатр – работала до семи. Другого выхода не было, так как бабушка из больницы приезжала вообще в девятом часу. Марина забирала Машу и приводила домой, благо садик был во дворе соседнего дома, а однажды – забыла. Ребенок, все-таки. Зачиталась сказками, сидела себе спокойно дома.

Вот, сейчас мама придет, вкусное что-нибудь принесет, ужином займется… А мама приходит, видит в прихожей одну дочь и спрашивает: «А где Маша?» Марина опешила: «Какая Маша?» А потом – в слезы: «Я Машу забыла взять!» Мама, не раздеваясь, хотела в садик бежать. Ведь восемь часов уже! Но Марина не пустила: «Мама, я с тобой! Я буду Машу искать». Марина помнит свой ужас при виде темных окон Машиной группы, ей казалось, что сестру навсегда забрал кто-то чужой. Но мама была спокойна, она нашла сторожа, а у сторожа – записку с адресом воспитательницы. Девушка по правилам не могла доверить ребенка никому, но и ждать не захотела. Она просто увела Машу домой, за квартал от садика, напоила чаем с конфетами и усадила смотреть мультики. Всю обратную дорогу Марина крепко держала Машу за руку, сердце так и прыгало в груди от радости, что сестра нашлась.

«Костюм будем брать красный, как раз под новые туфли». Родители давно дали деньги на обнову, но Маше хотелось найти костюм обязательно красного цвета.

Она зациклилась на этом цвете, из-за того, видите ли, что Олег сказал: «Ты в красном смотришься, как королева». Как будто без него неизвестно было, что Маше идут три цвета: белый, красный и горчичный. И вот она дотянула до последнего дня (завтра идти в кафе, как раз первое июля), но нашла красивый и недорогой – а главное, красный – костюм в каком-то магазине на «Комсомольской».

Хотя сестры одевались в разных стилях, они всегда советовались друг с другом.

Только однажды они заспорили, когда Марина еще в девятом классе захотела сделать пирсинг или тату. Аргументы Маши, что это вовсе не красиво, зато опасно, что папа рассердится, что мама расстроится, ее не убедили. Уж очень хотелось, чтобы заткнулась эта ехидная Алина, обзывавшая Марину «божьей коровкой» и «пай-девочкой» за то, что она носила косу и не сбегала с уроков.