Предчувствие апокалипсиса

Надежнее.

«Марк сказал, нас двое выжили. А как же мои работники? Трое постоянных и два приходящих?» Ужас охватил Нику.

– Как там наши? Как Катя? – Имя возникло само, как будто Ника и не забывала свою лучшую повариху.

– Наши все живы. Деревенские к тому времени уже ушли, охранник возле машин караулил. Катя твоя несла из кухни поднос со сливками и сахаром. В данный момент в монастырь уехала, отмаливать, что Бог беду отвел. Не знает даже, что ты нашлась.

– А в зале?

Игорь помрачнел.

– Из зала двое вас осталось: ты и заказчик банкета, он выходил как раз.

– Понятно.

– Прости, Никуся, что раньше не нашел тебя! Я сейчас в запаре, пытаюсь на обломках хоть что-то восстановить, чтобы сезон не пропал. Кухня почти не пострадала, в главном корпусе стекла вставили. А банкетный зал осенью отстрою. Пока обломки убрал, завез стройматериал, полежит до осени. Вот привёз твою сумочку с документами, да немного денег. А вещи брать не разрешили и комнату опечатали. Мне бежать надо. Пока! Навещу, как смогу вырваться.

Игорь положил на подоконник сумку и исчез.

Немного отлегло от сердца: Катя жива. А остальных жалко, хоть и не знала этих людей. У них остались близкие. Столько горя! Кого хотели убить? Марка? Наверное, его, не её же! А девушка Марка, Еванджелина, погибла. Молодая, красивая, жить бы да жить. Живем и не знаем, сколько нам отмеряно. Не думаем о плохом, а в любой момент тонкая ниточка жизни может оборваться. Ника вытерла слезу со щеки.

Приход Игоря всколыхнул целый вихрь воспоминаний.

Ника лежала в полудреме, а картины из её жизни всплывали одна за другой.

…Мама, сидит за подрамником, волосы под косынкой, в руке кисть, широкая рабочая блуза испачкана красками. Голос её, красивый, нежный, слышен так отчетливо: «Ничего нет плохого, если ты сходишь с Игорем в театр. Лида сказала, его брак обречён. Самое время ему обратить на тебя внимание. Надень бабушкин браслетик, серебро снова в моде»…

…Со дня рожденья тети Лиды они с Игорем ушли рано.

Игорь теперь свободен, никуда не спешит, гуляет с Никой по скверам, разговаривая на всякие темы, прощальный поцелуй – долгий и многообещающий…

…Игорь дарит Нике ко дню рождения туфли, красивые, дорогие, из натуральной кожи, они долго выбирают, продавщицы сбились с ног. У Ники голова идёт кругом, когда Игорь помогает ей надеть туфельку, присев у самых ног. Красивый, воспитанный, состоятельный. Сердце стучит: «Он мой!» Наконец, туфли подошли. Звонок телефона.