Путь трубадура. 101 история из жизни музыканта в метро

Потом просыпается, достает блокнот и по въевшейся под кожу привычке пишет о том, что увиделось в полудреме, под стук колес. О том, что самые большие мизантропы – дежурные у эскалатора в метро. У них смертельно усталые лица, на утекающий пассажиропоток они смотрят с тоскливой ненавистью, как посаженные на цепь псы, которым к тому же запрещено лаять и кусаться. И еще о том, что невидимые цепи – самые прочные…

16. ФеномЭн

– Imagine there’s no heaven… It‘s easy if you try… – поет Аристарх, решивший разбавить авторское творчество исполнением нетленного творения Джона.

– А чё не по-русски-то?! – с нескрываемой неприязнью спрашивает вальяжно подваливший мужик.

Аристарх рассматривает оппонента: лет сорок – сорок пять, одет модно, с претензией на высокий стиль. Большие ярко-оранжевые наушники спущены с головы на шею.

«Чё?! Да ничё!» – хочется ответить Аристарху, глядя прямо в наглые глаза, но не прерывать же песню. К тому же как раз заканчивается оригинальная, английская часть:

– … I hope some day you will join us And the world will be as one…

И начинается русская, самовольно добавленная Аристархом:

Ты можешь сказать, что я мечтатель,

но ведь я не один такой…

И может быть настанет день,

И ты станешь одним из нас,

И мир станет един…

Вальяжный молча отчаливает, слегка офигевший от скорости реагирования музыканта в метро на запросы публики.

Финальная фраза звучит уже вдогонку:

– And the world will be as one…

Святая вера в то, что мир будет един, снова пошатнулась: на планете, оказывается, живет человек, не слышавший Imagine.

ФеномЭн. Или таки – фенОмен? И то, и другое. Так или иначе, но мир на несколько мгновений тускнеет, становится серым. Хорошо еще, что есть сны. Аристарх вспомнил, что минувшей ночью ему приснилась незнакомка. И были нежные поцелуи в открытую шею, заглядывание в ее раскрытые, радостно удивленные, чарующие очи… Ее ответы, с той же лаской и нежностью… Утром Аристарх проснулся бодрый и совершенно здоровый, а ведь вчера простыл на «Китай-городе», думал – разболеется.

17. Не верит

На «Достоевской» к Аристарху подходят сухопарый мужик и его подружка, на глазок обоим за пятьдесят. Поддатые, но не чересчур. Аристарх готовится вежливо выслушать и дать привычную отповедь в ответ на пожелание услышать что-нибудь веселое.

– Спой что-нибудь про войну, – неожиданно просит мужик.

Однажды Аристарх случайно увидел в районной газете маленькую заметку про сражения под Вязьмой.