Цветущее сердце Шахерезады. Книга девятая

Сарнай даже показалось, что она уже слышит их голоса. Наран, как всегда, начал бы орать и бегать, как дикий ослёнок, а Баяр стал бы восторгаться своим девчачьим голосом. Как же ей хотелось стать взрослой, чтобы делать всё, что захочется. Ведь если бы она была взрослой, то смогла бы сама решать, ехать ей в город или остаться в деревне. Если бы она только смогла решать сама, то непременно бы осталась там, где родилась. Выросла бы рядом с Нараном и Баяром и, кто знает, может быть, даже вышла бы замуж за этого наглеца Нарана, конечно, только после того, как открыла бы с папой свой ресторан.

Сарнай остановилась и задумчиво уставилась на свои ступни. Резвый поток приятно омывал её ноги по самые колени. Дно было выложено мелкими кумушками и светло-зелёными волосками тины. Сарнай нарочно водрузила ноги в мягкий ил и пошевелила пальцами. Ощущение было непередаваемым. И всякий раз, когда ей снова становилось радостно из-за новых открытий, Сарнай начинала жалеть о том, что рядом нет Баяра и Нарана.

– Что такое? – услышала она ласковый голос Хагана.

Он подошёл к дочери и коснулся её плеча.

– Мне грустно, папа, – ответила Сарнай, взяв его за руку.

Лицо Хагана тоже стало чуть печальным.

– Почему? – спросил он.

– Потому что мы уезжаем. Мы ведь хотели открыть ресторан в пустыне. Зачем нам ехать в город? А вдруг тебе и маме там понравится и вы не захотите вернуться?

– С чего ты взяла? – рассмеялся Хаган.

– Потому что Наран рассказывал про Улан-Батор. Он сказал, что там так много всего – интересных и красивых вещей.

Там есть всё, чего пожелаешь. Все хотят жить в городе, ведь так?

– Но только не мы с тобой, – убедительно сказал Хаган. – Дочь, мы вернёмся, как я и обещал. Папа и мама любят родную степь больше, чем другие взрослые. Я, твоя мама и ты – мы дети пустыни. Мы никогда не будем любить что-то сильнее, чем родную степь и кочевую жизнь. Поэтому я понимаю твои волнения.

На сердце Сарнай снова отлегло. Она знала, что папа не стал бы её обманывать. Папа любил её, и иногда Сарнай даже казалось, что папа любит её больше, чем маму.

Только она так снова подумала, как услышала позади себя голос Фамари.

– Что там шепчетесь? – весело спросила она.

Они обернулись. Фамарь шла к ним, высоко задрав широченные штаны и опираясь на тонюсенькие ноги с выпирающими коленями.

– О чём говорите тут? – спросила она ещё раз, когда оказалась рядом.

– Мы говорим о нашем собственном ресторане, – ответила Сарнай.

Фамарь рассмеялась.