В кресле под яблоней

Хотя, как всегда, все объясняется довольно просто: построенная мужиками, на колхозном лугу, у простой деревенской речки – санэпидстанция деликатно потупила взор – банька невольно пропиталась их мыслями и настроениями, честно нейтрализуя, хотя и не совсем понятным образом, замыслы тех, кто в ней парится и бражничает.

По реке проходит сегодня граница между опорой социализма – передовым колхозом – и форпостом нового, еще неизвестного общественного образования, метастазы которого обнаруживаются и на нашем берегу.

Любопытно, что и во время войны граница была та же: на том, полифемовском берегу – немцы, на нашем – партизанская зона.

Вместо глубокого тыла, где так приятно было снимать московские напряжения, я оказался вдруг на передовой, на стыке двух фронтов сегодняшней жизни. Не надо ездить ни в какие командировки – сиди себе в кресле под яблоней и веди остросюжетный репортаж.

Как-то субботним вечером я услышал, транслируемую на всю округу, историю о том, как познакомился юбиляр – начальник районной милиции – со своим нынешним другом, тогда председателем колхоза, а сейчас очень большим человеком.

Только что назначенный участковый прикатил на колхозный охраняемый пруд. Не предъявляя никаких удостоверений, приложил разок сторожа и начал спокойно черпать карпов из пруда. Он так увлекся этим делом, что не заметил, как прибывший председатель скатил его мотоцикл с коляской в воду вместе со всем уловом. «Вот так начиналась наша дружба! Зато теперь мы как одна семья. А семья по-итальянски – мафия! Так выпьем за нашу родную районную мафию!»

Кстати, Петр Васильевич, наш молодой председатель, участия в банкетах не принимает. Улыбаясь, говорит, что не зовут. Хотя все это происходит на его территории, и он мог бы появиться и без приглашения. Но как ты будешь требовать дисциплины от людей, если они знают, что ты вчера оттягивался до утра с районным начальством? Тебе, значит, можно, а нам нельзя? Да и без этого в дни зарплаты часто вынуждены заменять пастухов и скотников руководители среднего звена.

Идея равенства глубоко засела в бывших советских людях и, в сущности, только она и отравляет им жизнь, когда сегодняшние богачи, не скрываясь, кичатся неизвестно как нажитыми богатствами. Только идея равенства и поддерживает небывалую уголовную активность населения. Не знаю, как в Беларуси, но Россия уже вышла на пять миллионов преступлений в год. Тюрьмы давно побили сталинские рекорды.