Шесть часов утра

А там, в Индии, – настоящий рай! Отличное место, не правда ли?

– Неправда, – вздохнул врач, предчувствуя, что это был не последний в его практике чистильщик чакр.

Как в воду смотрел. За последующий год в его отделение ещё двое попали. А сколько в другие отделения города, доктор, конечно, не считал. И все как клоны. Поехали, почистили чакры, вернулись домой, и здесь им плохо.

Доктор сделал простой вывод. Для того чтобы чакры быстрее чистились, сотрудники гуру подмешивают в пищу или напитки приезжающих какое-то наркотическое вещество.

Причём не банальные, родные Индии растительные, экологически чистые продукты. А что-то из синтетической дряни, сродни «спайсам», которые, наверняка, в том регионе на полулегальном положении. Иначе не использовались бы так широко. Впрочем, кто их этих индусов знает, может, им травить беложопых чужаков за радость и поощряется полицией. Этакая месть за годы британского колониализма.

В подтверждение теории о синтетической дряни, наркотик не находился в крови пациентов потому, что тесты эти рассчитаны на классику.

И не успевает диагностика за гениальными криминальными химиками и последователями сериала «Во все тяжкие».

Доктор писал заявления в милицию, пытался как-то повлиять на канал из Шрипура-Купура. Но в милиции только руками разводили. Не в их компетенции. Международное дело.

Но наркологу повезло. В Китае какой-то голодный товарищ откушал летучую мышь, через полгода по всему миру позакрывали границы, и последователи гуру из индийской деревушки быстро сошли на нет.

Как говорится: «Не было бы счастья, да несчастье помогло».

Разница поколений

Живёшь и думаешь, что тебе девятнадцать. Или максимум двадцать. Вокруг все что-то делают, возятся, женятся, детей растят. А тебе двадцать. И двухтысячный был только вчера. И Калкин такой молодой, и всё у него ещё впереди.

А потом смотришь в зеркало – и внезапно осознаёшь, что тебе, блин, сорок. И стоит рядом молодое поколение, вежливо улыбается в ответ на твои шутки. А шуток этих не понимает.

А в один из вечеров, когда ты сидишь и шутишь среди приятелей твоих детей, это молодое поколение прорывает:

– Папа, мы не в теме! Что ты вообще сейчас сказал?

И ты начинаешь долго и нудно, постоянно сбиваясь и отвлекаясь, рассказывать, кто такой Снусмумрик, почему настоящие герои всегда идут в обход, почему Штирлиц должен остаться. И шутка кажется не такой уж и смешной.

И тогда ты понимаешь, что они другие. И смеются над другими шутками.